Эрдейский поход

Только Всеволод втайне лелеял мечту, что знание это когда-нибудь поможет ему поквитаться с ненавистными германцами, а тут…

– Там, куда ты поведешь дружину, это может пригодиться. В сече нужно понимать язык тех, кто сражается с тобой бок о бок, кто прикрывает тебе спину, и кому прикрываешь спину ты.

– Биться бок о бок с тевтонами?! Прикрывать им спину и полагаться на защиту крестоносцев в бою?! – Всеволода трясло от негодования. Он уже готов был забыть, с кем разговаривает. Почти был готов…

– Позвольте мне сказать, мастер Алекс, – с холодной вежливостью и нарочитой почтительностью попросил по-русски саксонский витязь, брат и рыцарь.

– Говори, – согласился Олекса.

Сдержанно-благодарный кивок. Едва-едва заметный, будто через темя и шейные позвонки германца пропущен негибкий клинок.

– Да, Всеволод, ты прав, я, действительно, принадлежу к тевтонскому ордену Святой Марии Иерусалимской. Да, при обстоятельствах, не требующих скрытного передвижения, я ношу белый плащ с черным крестом на левом плече, весьма нелюбимый в русских княжествах.

Да, формально, наша комтурия входит в орденское братство. Но Великий Магистр имеет над нами не больше власти, чем князь ваших земель над дружиной этой Сторожи.

– И что?

«Пес»…

Всеволод сверлил немца ненавидящим взглядом. Пепелище и трупы… Страшное, яркое воспоминание… Самое бы время поквитаться. Но – посол. Но – долг гостеприимства. Но – Набег темных тварей.

– Мы не принимали участия в войнах с Русью, – спокойно продолжал немецкий рыцарь, – и все же, признаю, нам не просто было обратиться за помощью к русской Стороже.

Однако, ситуация такова, что мы вынуждены искать союзников всюду, где это возможно. Ты видишь, – я прибыл сюда без братьев по ордену. Без оруженосцев. Без кнехтов. С одним лишь проводником. А знаешь почему?

Всеволод ничего не ответил.

– У нас осталось слишком мало людей, чтобы снаряжать полное посольство. И люди нам сейчас нужны для другого.

Всеволод смотрел на него. Смотрел и молчал.

Щека германца чуть дрогнула:

– Ну, а теперь, если желаешь, мы можем скрестить мечи. Только предупреждаю сразу, русич, я прошел такое же посвящение, что и ты. И я умею держать оружие в руках не хуже, чем ты. Убить себя я не позволю. Убивать тебя – не хочу. Так что мы лишь напрасно потратим время и затупим клинки. А время дорого. Очень дорого.

– Конрад прав, Всеволод, – подвел черту седовласый воевода. – Обуздай свой гнев и забудь о былых обидах.