Война без победителя

– Чисто, – дозорный тоже не был многословным.

Через пару минут они вышли к железнодорожной платформе с ржавым ограждением. Пристроились с краю, чтобы не сильно маячить на виду. Впрочем, других пассажиров здесь пока не наблюдалось. «Чисто», – как выразился Лещ. Чище некуда.

Это был глухой полустанок, возле которого, наверное, еще не всякая электричка останавливается. Какой-то там километр без названия. Дмитрий даже не мог понять, в какой стороне от МКАДа они сейчас находятся. Было ясно одно: до столицы далеко.

Или, может быть, им предстоит поездка не в столицу, а в обратном направлении? Дмитрий по-прежнему имел весьма смутное представление о планах и намерениях своих спутников. Да и вообще знал о них очень мало. Как, впрочем, и они о нем.

– Хорошо, что твои друзья отправили к железке только троих, – неожиданно заговорил Метис.

– Какие друзья? – Дмитрий сделал вид, что не понимает, о чем речь.

– Мертвые, – Метис с легкой усмешкой заглянул ему в глаза.

«Кажется, настало время говорить по душам», – подумал Дмитрий. Это его не очень обрадовало. Что сказать, что утаить и о чем солгать, Дмитрий пока не решил.

К счастью, вдали показалась электричка.

– На посадку, – скомандовал Метис.

Беседа пока откладывалась.

«Петушки», – успел прочитать Дмитрий на локомотиве. Ерофеевщина, блин, какая-то! Ну хоть ясность появилась: они находятся на Горьковском направлении. Интересно только, эта электричка едет из Петушков на Курский вокзал или с Курского в Петушки? Бомжи-«ниндзя» рассредоточились по платформе.

То ли бомжеватые спутники Дмитрия опасались кучковаться, чтобы не привлекать внимание других пассажиров, то ли, заняв три вагона сразу, рассчитывали лучше контролировать ситуацию, то ли предводитель странной группы просто хотел поговорить с Дмитрием наедине.

Метис заглянул в полупустой вагон и, похоже, остался доволен.

– Здесь постоим, – сказал он, опуская руки в карманы.

Они остались в тамбуре. На фоне грязных исцарапанных и исписанных стен прикид Метиса смотрелся вполне гармонично.

Что-то невнятно прохрипел испорченный динамик. Дмитрий так и не разобрал, какую станцию объявили следующей.

Двери закрылись, электричка тронулась.