История Лаццо: Взрослая жизнь

Сскрас да я уверен, что еще секунда, и она набросилась бы на них как зверь. – Есть еще вопрос. В Велоде говорят, что у вас есть новый виток развития мушкетов. Как вы сделали его? По большей части это новый вид магии.

– Ну, раз ты сейчас смотришь на мой револьвер, – я усмехнулся и немного прокашлял. – Значит, желаешь знать полный ответ.

– Мне давно приглянулся твой револьвер, – улыбка девушки вызвала десятки мурашек по моему телу.

Я снова кашлянул. Раз девушка желала узнать про Эмеральд, то почему бы ее не просветить? Вряд ли она была шпионкой, скорее энтузиасткой, которая хотела узнать о союзниках чуточку больше.

От кобуры раздался легкий щелчок. Вынув револьвер, я положил его на стол. Девушка, немного помявшись, протянула к нему руку.

– Надеюсь, ты стреляла из своих мушкетов, – я схватил девушку за руку, когда она дотронулась до рукоятки моей Эмеральд. – А не просто купила их на распродаже.

– В тебе проснулось хамство? – Каана удивленно на меня посмотрела.

– Шутки, – усмехнулся Тимо, отпив глоток вина.

 – Он так флиртует.

– Тогда понятно, – Каана выдернула револьвер и осмотрела его.

– Его сделали для нас ребята из Цернокрала, – с улыбкой сказал я.

В сравнении с мушкетом, револьвер выглядел иначе. Если Эмеральд подпитывался барабаном, то вот старичка приходилось перезаряжать после каждого выстрела. Перезарядка занимала около полминуты, а за это время с Эмеральд можно было уже приложить по мишеням двадцать с лишним раз. Конечно, подобной игрушкой могли пользоваться далеко не все.

Если мушкеты продавались чуть ли не в каждой лавке любого королевства Апулитанского континента, то револьверами и новыми ружьями пользовались больше на их родине, в Цернокрале и королевствах, что были рядом с ней. У нас же к ним доступ имели исключительно фальконеры и коммодоры бюро.

– Интересная штучка, – девушка вытащила один из своих мушкетов и стала сравнивать его с револьвером. – Слугам особенного, особенные подарки.

В таверне мы просидели еще пару часов и уже болтали, кто о чем.

Девица вдоволь насытилась ответами на свои вопросы. Ей было интересно все: от местных достопримечательностей до нас, фальконеров.

– Все это конечно хорошо, – Каана допила очередную кружку вишневого киселя и откинулась на спинку стула. – Но мне вот, что интересно стало. Откуда у вас магия крови?

Я не знал ответа на вопрос. Но мне было известно другое: разговаривать о нашей магии – табу. При любом вопросе нам следовало молчать, уклоняться и снова молчать.