Изгнанные в облака. Вторая часть

 – Прячься, он тебя увидел.

Оглянувшись, я увидел, что люди взирают на меня повсюду. Со всех окон, балконов, лоджий. Я находился под прицелом тысячи глаз и камер. И даже трибуна законодательного собрания, нависающая где-то сверху, оказалась полна людей. Словно бы я вернулся туда в Тайпар, и снова участвую в гонках на выживание с роптом.

– Меня зовут Чпок. Бум Чпок, – крикнул я. – Я новобранец. И сейчас на дирижабле должна прибыть моя семья. Позаботьтесь о ней. Прошу вас.

Взгляд мой упал на уцелевшее кафе.

Я забежал внутрь и, перемахнув через барную стойку, оказался на кухне. Смуглый худой парень в поварском колпаке прятался за газовой плиткой.

– Эй, ты, – крикнул я. – Есть масло.

Он вскочил, оглянулся.

– Оливковое подойдет.

– Давай, – схватив две стеклянные бутыли, выбежал прочь. Толпа в окнах приветствовала меня оглушительным свистом. Автомат нещадно бил меня по грудной клетке, в то время как я, тяжело дыша, вернулся на площадку. Сначала на мрамор полетела одна бутыль.

Затем другая. Потом я спустился по ступеням, всматриваясь вдаль. Ропт приближался и его огромные безобразные бородавки очерчивали свои контуры под ленивыми софитами. Шел он неуверенно, хромая и казался обескураженным. Он шел, снося рекламные столбы, гольф кары и столики кофеен. Присев на одно колено, я начал нажал на курок. Отдача дернула моё колено. Звук выстрелов оглушил. Звон охватил весь мир вокруг.

– Урод, – кричал я, вскочив. – Иди сюда. Эй, урод.

Далеко возле входа я увидел дирижабль, который по расписанию хотел зайти на посадку.

А теперь он завис недалеко от входа, работая лопастями.

Ропт шел так, словно не привык к своей силе. Он делал один шаг, а затем словно подпрыгивая, делал два быстрых шага. Он шел, наступая на трупы, и с отвращением поднимал ногу, измазанную в слизи. Все что осталось от людей, погибших в давке во время паники. Я вновь начал стрелять в сторону чудовища. Ропт покрылся огоньком искр. Я целился в голову чудовища.

– Ну что, получил урод, – крикнул я. В магазине закончились патроны, и я швырнул оружие оземь. – Урод!

Со стен домов загромыхали аплодисменты. А потом к моему огню присоединились полицейские. И ропт весь покрылся целым огнем искр. Словно огненный ежик. Теперь он видел, что неудобство создаю ему я. И он, очевидно, пытался добраться до меня. Никаких сомнений в этом не оставалось. Он побежал… Огромный, черный, весь покрытый черными буграм язв.