Светорожденные. Предвестники бури

Лицо побледнело, женщина забилась в предсмертных судорогах, белки глаз налились черной кровью, губы распахнулись, она выдавила удушающий крик и из ее рта вылетел крошечный шар света. Дарин упала замертво, ее облик снова вернулся к ней. Исчезла магия – исчезла красота. В толпе пленных раздались крики, трепыхания, и стихло. Замолчала музыка рояля. В зале наступила мертвая тишина, теперь – по-настоящему мертвая.

Женщину унесли. По мраморному полу про скользили ее тонкие пальцы, оставляя за собой след призрачного холода.

Послышались тяжелые шаги каменных людей. Хедрик сел на трон без какого-либо сожаления о только что содеянном, начал рассматривать сияние, у себя на ладони, под пристальным взглядом сотен, потерявших надежду на какое-либо сожаление или спасение.

– Мм… Земная душа. Она явилась в этот мир червоточинами. Любила Землю и полюбила Эйлис.

Алакс всегда говорил о душах тех, кого уж более не было в живых. Каждая душа рассказывала ему свою историю, порой непредсказуемую и невероятную. В каждой из них было что-то, что удивляло его сильнее, чем любое колдовство во всем белом свете.

– Дарин родилась в морозный зимний день, – продолжил он, подбрасывая в воздух пульсирующее сияние, – шла вторая видха Пургаса. Чародейка была долгожданным, единственным ребенком в семье – так уж сложилось в их роду: женщины не могли попросить у Создателя больше одного. Она знала любовь. Увы, не долгую. Ее суженый погиб, убитый фандером – это так прискорбно, – Алакс наигранно достал из кармана платок и вытер глаза от вымышленных слез, – Особенно, когда в семье работал только он.

Сына ей пришлось воспитывать одной. Нужно найти его. Помочь смерится с утратой.

Боттер Кнат без каких-либо сомнений уловил скрытый смысл сказанного, вытащил пустой лист бумаги и перо. Записал: «Сын Дарин Гроуз. Возможно, марун. Найти и клеймить».

– Люблю невинные души, – улыбнувшись, сказал алакс, положил сияние себе в рот и проглотил. Все его тело тут же наполнилось сладостной силой и невероятной энергией.

Девушка играла, легко перебирая пальцами по клавишам.

Илиус уходил за горизонт. Зал опустел. Боттер Кнат заверил печать на пергаменте и отдал хранителю. Все закончилось. День подходил к концу.

***

Что разбудило его в такое ранее время, он не знал. Что-то тревожило его сильнее, чем когда-либо. В памяти всплыли давно забытые картинки из прошлого. Он хотел уйти от назойливых образов, но они вновь и вновь появлялись перед ним, обнаженные и истерзанные временем.