Иисус и Христос

– Я вас понял, – ответил Рутра, – только прошу учесть, он может быть и комичным, конечно, но все же эмоции будут выражены больше как акцент, а не как обязательная составляющая роли в театре.

– Мы принимаем, – завизировал как бы за всех тот же парень с единорогом на майке.

– Тогда… – Рутра сделал паузу, чуть подумав, предложил: – А давайте вы выберете тему, – сказал он, посмотрев искоса на даму-скептика.

– Я? Пожалуй. Раз тема связана с теологией, пусть удовлетворит мое любопытство. Я как-то подумала, а чего это мы носим… – она замялась, оглядела сидящих, насколько это было возможно, – прошу прощения за мое «мы», думаю, меня правильно поймут.

– Наука без комплексов, – отозвался улыбчивый мужчина средних лет, одетый в дишдашу[5 - Дишдаша – традиционная арабская одежда у мужчин – длинная рубаха-туника с длинными рукавами из хлопка.].

В зале снова повисла нота молчания.

– Так мы ждем тему или вопроса, – улыбаясь, сказал Рутра.

– Да, я как-то заинтересовалась, а почему мы носим именно крест? Ведь это, получается, орудие убийства.

И еще – могли ли Иисуса казнить другим методом?

– Я вас понял, – ответил Рутра. – Боюсь, мы мало времени оставим на саму миссию, эксперимент. Ведь он будет идти очень долго, поверьте. Я не хотел бы сильно затягивать с началом и опасаюсь вашего дискомфорта из-за монотонности процесса. Хотя он не должен быть монотонным.

– Если все реально, я тоже прошу прощения за свой скепсис, – громко взбодрил зал голос одного из экспертов по психологии, – обещанное нам наблюдение… ух как эмоционально… тревожно должно быть.

– Поверьте, методика опробована мною лично. Все реально. И с эмоциональностью я тоже согласен.

Кто-то еще что-то хотел сказать, но Рутра остановил жестом.

– Теперь я прошу прощения, – направил он извинение желающему высказаться, – слово даю его величеству, – объявил Рутра на манер конферансье, при этом широко улыбнулся, – это мы так шутим, – и снова возвысил голос, – единственному и неповторимому, лучшему из лучших разумных существ не человеческого происхождения… Рангиту!

– Ну уж простите теперь вы меня, – послышался голос Рангита.

 – Почему это не человеческого происхождения? Кто же сие великое творение создал? То есть меня. Сейчас я улыбаюсь, – добавил он, – и могу предстать в любом виде перед вами… даже в образе любого из вас.

Зал снова наполнился удивлением, и желание развеять его чувствовалось вокруг.