Ледяной цветок для лунного императора

Пока он лишь устроил мою голову на своем плече и не делал никаких поползновений, поэтому я, расслабившись, честно ответила, что не пила.

– Хорошо, – неопределенно отозвался он и, одним текучим движением перекатившись по покрывалу, навис надо мной. Его лицо двоилось, и я заворожено уставилась в его серебристые глаза, холодные и внимательные – именно такие и должны быть у лунного императора…

Протянув руку, он, едва касаясь, самыми кончиками пальцев обвел контур моих губ, и сквозь мое затуманенное зельем сознание холодной змейкой пробилась паника.

Резко дернувшись, я попыталась вывернуться, но Рэйден, схватив меня за предплечье, швырнул обратно на кровать и прижался горячими и жесткими губами к моим. Я было стукнула его кулаком по спине, но он, на миг оторвавшись от меня, перехватил мои запястья и прижал их к покрывалу по обеим сторонам от моего лица. Вес его тела прижимал меня к кровати, и я едва могла дышать, но все же смогла, отвернувшись, разорвать поцелуй и с ненавистью прошептать:

– Отпустите меня! Хватит!

– Ну уж нет, – раздраженно отозвался он и дернулся от неожиданности, получив коленом в бедро – он меня так прижал, что достать получилось только туда.

Видимо, на этом его терпение кончилось: глаза императора сверкнули в темноте, и, отодвинувшись от меня, он одним движением разорвал мое платье от ворота до подола и, сдернув его за рукава, отбросил светлую ткань на пол. Туда же полетела и его рубашка. Я вздрогнула, оставшись в одной кружевной сорочке, и вздрогнула второй раз, когда его ладонь обхватила мои запястья.

Лучше бы Аррен дал мне в два раза больше своего зелья, чтобы я совсем ничего не соображала, а не как сейчас…

– Что вы… – начала я и замолчала, когда он, нависнув надо мной, впился в мои губы поцелуем – ни разу не нежным, а властным, требовательным, от которого перехватило дыхание и закружилась голова. Не давая мне опомниться, он провел руками по моему телу снизу вверх, сминая кружево сорочки, и, оторвавшись от моих губ, прочертил влажную дорожку вниз, по шее.

Почувствовав укус в основание шеи, я дернулась и попыталась отпихнуть мужчину.

– Ай, больно! – сбивчиво запротестовала я, и император, на миг вернувшись к мои губам, выдохнул прямо в них:

– Я хочу, чтобы тебе было больно сегодня, Мирра. Чтобы ты почувствовала, каково это, когда тебе причиняют боль…

Обмякнув, я раскрыла глаза и уставилась в потолок.