Невеста из знатного рода

Дойдя до него, я обнаружила, что угощали в нем, к счастью, не только рассветной росой: на столе стояли и замысловато порезанные овощи, и мясо в соусе, и глубокие чашечки с ароматным горным рисом.

– Мэй, – Хесо зашел в беседку с противоположной стороны. Лицо у него было странное, а в руке он держал лист бумаги. Я невольно напряглась. – Я отправил магу записку, что мы желаем посетить его, чтобы снять твой браслет. Он ответил, что приглашает нас на пир по случаю двух недель своего счастливого брака.

После него он готов уделить нам время и снять твой браслет.

– На пир? – эхом повторила я. Меня было прошиб холодный пот – в первый момент я подумала, что он празднует нашу с ним неудавшуюся свадьбу, но я тут же поняла, что речь идет о его свадьбе с первой женой, из рода Ширакава. Он, конечно же, позовет на пир и ее, и они будут сидеть во главе пиршественного зала и мило улыбаться, слушая тосты за свое счастье. Я подняла на Хесо дикий взгляд.

– Я не могу туда пойти, – мне едва хватало воздуха, и мой голос был еле слышен в тишине беседки. – Я не хочу присутствовать на этом пире!

– Мэделин, – я уже поняла, что дракон называет меня моим настоящим именем только тогда, когда собирается сказать что-то неприятное, и напряглась. Он смотрел на меня серьезно и прямо. – Не буду обманывать, конечно же, маг будет выставлять напоказ свое мнимое семейное счастье и неземную любовь, и на этом приеме обязательно будет присутствовать его жена.

Для тебя этот вечер будет испытанием. Но, – тут его губы изогнулись в тонкой, холодной улыбке, – кто сказал, что ты не можешь заставить его чувствовать себя так же, если не хуже?

Пальцы Хесо крепко сжали мою руку. Они были ледяными, словно он окунул кисть в ручей.

– Рэн ввел тебя в заблуждение и пытался обманом сделать своей любовницей, а его жена пыталась убить тебя, – жестко произнес он.

Я дернулась от такой прямоты и попыталась вырвать руку, но он лишь сжал пальцы крепче. – Теперь же он хочет заставить тебя страдать, хочет, чтобы ты признала, что была неправа. Скажи мне, была ли ты неправа? Или, может, ты жалеешь, что я увез тебя? Жалеешь, что освободила меня?

– Нет, – судорожно отозвалась я.

Я не жалела – я поступила так, как должна была. Рэн обязан понять, что я не могла стать второй женой.