Поцелуй шотландца

– Из Даннета?

– Да.

– А-а.

Она прищурилась.

– В чем дело?

– Ты кретин.

– Ничего подобного. Я грозный воин.

Что ее вдруг так рассмешило, было для Эндрю полной загадкой. Он ведь в самом деле грозный воин. Когда какая-то террористка пяти лет от роду не вынуждает его кутаться в одеяла.

– Уходи.

– Я уйду, когда захочу. Мама права, ты и правда буффон.

– Я не буффон, я…

– Буффон, буффон. Ты мне совсем не нравишься. – Она провела пальцами по его волосам, оценивая их длину, и стала разглядывать их в луче солнечного света.

– Что ты делаешь? – спросил Эндрю.

Она наморщила нос и заявила:

– И волосы у тебя дурацкие.

– Что-о?

– Это глупо. Дурацкий цвет.

Эндрю фыркнул.

– Мои волосы практически такого же цвета, как твои.

Они оба были белокурыми. Ее волосы были чуть светлее и намного тоньше, чем его, но в целом разница была невелика. Кроме того, Эндрю нравились его волосы. И женщины их обожали.

Она закатила глаза и сказала таким тоном, как будто это все объясняло:

– Я же девочка.

А у мужчины должны быть рыжие волосы.

– И?

– Это все. Твои волосы дурацкие.

– То есть ты разбудила меня, чтобы сказать, что у меня дурацкие волосы?

«Что не так с моими волосами?»

– Я не виновата, что ты проснулся.

Эндрю вздохнул.

– Тебе правда не следует здесь находиться.

Она улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки.

– Мама тоже так говорит.

– И именно поэтому ты здесь. – Он отодвинулся еще дальше. – Ты должна слушаться свою маму.

Изабелл пожала плечами.

– Я слушаюсь.

– Но делаешь то, что хочешь.

Она склонила голову набок и посмотрела на него с таким видом, как будто не понимала, что он хочет сказать. Или словно ей было все равно.

– Уходи.

Она недовольно фыркнула и снова бросила на него сердитый взгляд, но встала, потом тряхнула головой и удалилась медленной походкой.

«Боже правый, у нее даже походка такая же, как у матери!»

Девочка с дерзкой небрежностью прошла вдоль ряда тюфяков. По мере того как она проходила, его люди один за другим приподнимались и смотрели ей вслед со смесью смущения и изумления.

Когда она стала спускаться по лестнице и наконец скрылась из виду, Эндрю с шумным вздохом рухнул обратно на тюфяк.

– Ну, что, все прошло хорошо, – со смешком заметил Хеймиш.

– Заткнись.

– Очаровательная девчушка.

– Очаровательная – неподходящее слово.

– Она никого тебе не напоминает?

«Никого? Ее мать».

– Это дочка Сюзанны.

– А-а, да.