Любовь против нелюбви

Дорогу до своих комнат я уже выучила заново. И вовсе не собираюсь утруждать тебя. И вообще – я тебя не задерживаю, – на «ты» так на «ты».

– Правду говорят – ты изменилась, Кэт. Что такого сделала с тобой старая Мэг?

– Госпожа Мэгвин вернула меня к жизни, за что я ей благодарна.

– Интересно, как ей это удалось? – сощурился Рональд.

– Она умеет исцелять, – пожала плечами Катерина.

– Даже такая… далёкая от жизни особа, как ты, должна знать – исцеляют живых. А ты не дышала, – произнёс он тихо и угрожающе.

– А вдруг тебе показалось? – вот ещё только не хватало, будет сейчас тут болтать всякую совершенно нежелательную ерунду!

– А ты думаешь, я живого от мёртвого не отличу? – усмехнулся он. – Это ты всю жизнь в замке просидела, а мне-то, представь, и воевать довелось, и убивать. Ты была совершенно мертва. Таких не лечат.

– Как же? Искусственное дыхание, массаж сердца, – сказала Катерина как о чём-то само собой разумеющемся. – Неужели тебя не учили, как помогать ближнему своему?

– Что? – нахмурился он.

– А ещё бывает летаргический сон, – сообщила ему Катерина, как безнадёжному двоечнику. – Когда человек всё равно что умер, только спит.

– Ты откуда столько всего вдруг знаешь? Это ведьма Мэг тебя настропалила?

– А ты не думал, что я и сама могла раньше книги читать? Вот ты, вроде, грамотный, а книгу когда в последний раз в руках держал?

– Было надо, и держал, – ответил Рональд. – Но мне, знаешь ли, вся эта история очень сомнительна.

– И как ты представляешь себе обратное? Разве мёртвые ходят, едят, спят, и всё остальное делают?

– Мало ли, на что способна ведьма, чтобы досадить Телфордам? – сощурился он.

– А если тебе всё это сомнительно, то чего ради ты тогда, как говорят, меня своими руками к госпоже Мэгвин в дом принёс? Потому что верил в чёрное колдовство? Или по какой другой причине?

Вопрос ему не понравился – даже и никакой специальной силы не нужно, чтобы это понять.

– А она рассказала, с чего ты вдруг со скалы в море сиганула? – приподнял бровь Рональд.

– Откуда же ей было это знать? Она просто предупредила, чтоб я была осторожна.

– Мудро, – согласился он. – И сколько правды в словах о том, будто ты мало что помнишь из прежней жизни? Ну, кроме книг, надо полагать, – и усмехнулся особенно мерзко.

– Правда такова, что я не помню, кто толкнул меня с обрыва.