Подарочек

Он хочет сказать, что справится с темпом? Успеет в быстрый, и не залажает всё к хренам на медленном? И ещё смотрит на неё так хитро, с улыбочкой. Мол – неужели правда сможешь? Это был вот прямо вызов!

Поклон, встали в пару, и он её повёл. Он. Её. Повел. Вот прямо взял и повёл. Точно в такт, не выбиваясь из медленного, до фигищща медленного темпа. Раскрыл пару, повел только за кончики пальцев, провернул под рукой… и точно вошёл в быструю часть. Ну, тут только успевать летать! Ах ты чёрт, он умеет ещё и влево! И умеет менять направление вращения, не теряя скорости! А-а-а-а!

Второй медленный отрывок – снова раскрыл пару, смотрит на неё, улыбается.

И она в ответ – тоже, ну как не улыбаться, если тебя – вот так – ведут в вальсе?

Ирка уже позабыла, каково это – когда ты не преподаватель, а партнёрша. Когда на тебя смотрят, когда от тебя ждут ответной улыбки, а не указаний на недочёты, и не подсказки – какая фигура следующая. Когда тебя ведут, а не ты ведёшь. Ну как тут не улыбаться?

Во вторую быструю часть они вписались с той же ювелирной точностью, что и в первую.

Он вел её то вправо, то влево, то проворачивал под рукой, то снова ловил и закрывал пару. А на последнем аккорде провернул – волосы взлетели – и изящно наклонил голову. Ирка рефлекторно сделала реверанс – ну, насколько позволяли высокие каблуки.

– А ты очень круто умеешь, – подмигнул он ей.

Наклонился и поцеловал. Вот прямо поцеловал – как в любовном романе, как в кино, как Ирка не знала даже где. То самое – обжег поцелуем.

Она совсем не ожидала, да и вообще подзабыла уже, как это, когда люди целуются. Не дежурным образом, а вот так, чтобы пробрало и лишило последних оставшихся после вальса ошметьев разума. Она вцепилась в его плечи и не отпускала, пока не перестала кружиться голова.

У неё? От вальса? Закружилась голова? Ой, не смешите, да никогда такого не было!

А вокруг орали и свистели, и выражали свой восторг прочими доступными средствами.

– Я же говорила, я говорила! – вопила Оля.

– Ирка, ну ты и монстр, – восхищался Славка, и Паша тоже что-то ему вторил.

К Андрею подошли какие-то знакомые, и очень хвалили, а он объяснял – вся юность в танцах, ещё помню что-то, выходит. Да вы же виделись, это же Ира, та самая, ну, которая меня спасла позавчера – и разворачивал её к мужикам, и знакомил, и кого-то там как-то звали – да-да, те мужики, которые за ним приезжали к ней домой.

Ирка усмехнулась про себя – ага, так и поверят, что та самая.