Та, которую я люблю

Вик спустился на парковку, насвистывая песенку из тех, что любила петь сестрёнка Линочка, и увидел небольшую толпу. Мисс Финанс, её зам – Маргарита Романовна, пресс-секретарь Светлана, Серёга из техподдержки, ещё кто-то. Чего это они все тут стоят?

Оказалось, стоят вокруг маленькой красной машинки Мисс Финанс. У которой кто-то проколол все четыре колеса. И явно это случилось в течение дня – ведь утром-то она сюда определённо сама доехала. Что это ещё за новости?

Мисс Финанс неплохо держала удар, но стояла бледная-бледная, и только губами шевелила.

– Погодите, мы всё выясним, – громким уверенным голосом говорила Маргарита Романовна. – Здесь у нас не пустыня, камер натыкано – дай боже любой другой парковке, так что просмотреть записи и выяснить, кто пакостит, и всё, душа моя Вероника Андреевна. А машину вашу спасут, не верите?

– Верю, – выдохнула Мисс Финанс.

– И правильно, – вмешался Вик. – Погодите минуту, – достал телефон, набрал Пашу. – Паша, накрылись наши сто грамм.

Паша появился буквально через пять минут, увидел, лицо вытянулось.

– Ни хрена себе наглость, мать их, – покачал головой.

– Фронт работ понятен? – спросил Вик. Тот кивнул. – Займись. Когда машина уже не будет тебе нужна – позвонишь моему водителю Володе, он решит вопрос с транспортировкой в сервис и прочим. Вероника Андреевна, не переживайте, если вдруг до понедельника не сделают – пришлю вам утром водителя, скажете, во сколько ему быть у вас. Сегодня я вас отвезу.

– Но… я не знаю, примут ли в мой сервис вот так срочно, – пролепетала Мисс Финанс.

– В мой примут, – сказал Вик.

– Вот видите, всё решается, – Маргарита Романовна одобрительно кивнула. – Я передала вас в надёжные руки и могу ехать, – усмехнулась она и села в свою машину.

Остальные тоже рассосались. Мисс Финанс стояла, по-прежнему бледная, вцепившись в сумку.

– Вероника Андреевна, пойдёмте, – Вик постарался глянуть на неё как можно более доброжелательно.

Она сглотнула, сделала глубокий вдох.

– Да, конечно, спасибо, – и пошла за ним к машине.

– Паша найдёт гада и отчитается. Тут-то мы гаду хвост и прищемим. Как думаете, кто вас так не любит?

– Если бы я знала, – пожала она плечами. – Померанцев на меня в обиде. Кто ещё – не знаю.

– Померанцев – это после того рейса в Братск?

– Ну да, – она всё ещё была бледна и серьёзна.

– Слушайте, да образуется всё, точно вам говорю, – он подмигнул ей.