Варвара выступает в поход

– Благодарю тебя, я буду рада, – та наклонила вежливо голову.

Я полила ей из кувшина на руки, потом ещё и лицо вышло умыть.

– Вот и всё, больше разговоров, – отряхнулась я. – Скажи, а вообще где вы все тут берёте одежду и простыни?

– Матушка Ливия занимается бельём. Если хочешь, сходим к ней после завтрака.

– Хочу, ещё как хочу, – закивала я. – Когда завтрак?

– Уже сейчас. Ты оденешься?

– Да, мне же вроде бы теперь есть, во что.

Я надела чулки – приличной вязки из мягких ниток, они вроде бы даже не спадали.

Платье, оказывается, нужно было надеть поверх рубахи. Оказалось, оно из тонкой коричневой шерсти, с жёлтой вышивкой замысловатым орнаментом по подолу. В боках шнуровка, с её помощью ткань легла точно по фигуре. Рукава длинные, даже немного слишком длинные, их пришлось подсобрать. И башмаки – из хорошей мягкой кожи, тоже с вышивкой, и на плетёные шнурочки завязываются. Ремень на талию, ой, не выходит, дырочек не хватает. Значит – на бёдра. И сумочку пристегнуть, там нож и ложка.

Со всем этим великолепием никак не гармонировали мои жуткие грязные волосы. Варвара-краса, длинный хвост. Я очень сомневалась, что это богатство удастся расчесать. Впрочем, попробуем.

– Скажи а баня-то когда?

– Так после завтрака соберёмся и отправимся. Туда же почти на весь день.

О как, что в бане делать весь день? Ладно, разберёмся.

Джемма проводила меня на первый этаж – там я увидела большую залу с лавками и столами, сейчас наполовину занятыми. Джемму позвали куда-то сесть, но она сначала честно довела меня до местной раздачи – в глубине помещения прямо к стене была пристроена большая кирпичная печь, над ней висел котёл, и ещё один стоял рядом на лавке.

Из котла накладывали кашу, то есть я решила, что это каша – какая-то разваренная крупа. Пахло съедобно, и моё нутро тут же громко заурчало.

– О, принцесса поднялась, – прокомментировала моё появление женщина у котла.

– Доброе утро. Дайте мне поесть, пожалуйста, – сказала я.

– Ты глянь, какая любезная.

Дождь пойдёт, не иначе. Уже забыла, как нос перед всеми задирала! – женщина толкнула в бок ещё одну, возившуюся у печи.

– А ты язык не распускай почём зря, – окоротила та скандалистку. – К тебе с добром, так и ты держись пристойно. – И тебе доброе утро, – кивнула она мне, отодвинула коллегу и сама положила в миску кашу, а в чашку налила что-то вроде компота, и ещё хлеба положила.

Я оглянулась – куда деваться-то с едой? Как в больнице, право слово.