Захватчица

Парни в столовой поговаривали, что по уму нужно бы оставить всех их здесь, примерно лет так на сто, и заблокировать все коммуникации с остальным миром. А через сто лет прийти и посмотреть – останется кто-нибудь в живых, или же нет. Но Тее казалось, что это неправильно, потому что те уроды, которые называли себя духами пустыни, использовали современное оружие и средства связи, ездили на современной технике, носили современную одежду, а вовсе не домоткань какую-нибудь. И ещё, наверное, пили и ели продукты, которые им привозили со всего света, тогда как прочие местные пробивались тем скудным, что получали сами, главным образом из какого-то там животноводства.

Силы были как бы сильно не равны, и когда Тее довелось впервые выйти в рейд в пустыню и побить зарвавшихся уродов, она была прямо рада. И отписалась по возвращении Жанно, что он очень правильно подобрал ей задание, спасибо ему большое.

А потом припёрлись чиновники из Организации Всемирного Прогресса, типа учредители и работодатели полковника Монтенеро и всех, о ком он тут заботился.

Полковник… производил впечатление, да. Судя по магическим тренировкам, на которые он не гнушался захаживать, магом он уродился весьма приличным. Даже странно – почему такой не в Легионе, там ему самое место, а не тут – простецами командовать да кошек пустынных строить. Его звали Гора, или Чёрная Гора – по фамилии, понятно, подумала сначала Тея. Оказалось – не только, строго говоря, это было слово из диалекта местных туземцев, означающее «твёрдый, непоколебимый».

А что похоже на ту Гору, так это случайно вышло. Тея не наглела и обращалась «господин полковник». Если при людях. А если случайно не при людях – то она всем на свете говорила «ты». Наглость – второе счастье, говорят.

И тот полковник, если честно, казался Тее самым приличным здесь мужиком. Но блин, он же правильный, от него этой правильностью за половину полигона разит. Явно из тех, кто не спит с подчинёнными.

Она, конечно, откровенных авансов ему не выдавала, потому что зачем себе жизнь осложнять, но – поглядывала с интересом. Опять же, а вдруг у него где-то там любимая жена и детей малых полон дом?

Так вот, комиссия. Которая на переговоры притащилась. Рассказывать местным долбодятлам, что так жить нельзя, что все, решительно все принятые в цивилизованном мире конвенции громко говорят о ценности каждой отдельной человеческой жизни и прочую лабудень.