Захватчица

Рик присоединился – и подумал, что тоже, мягко говоря, не в лучшей форме. Но – что есть.

В итоге они вдвоём смогли хоть как-то оградить очень маленький кусок укрытия – коробки с медикаментами да угол, в котором можно если не прилечь, то хотя бы присесть. Только и оставалось надеяться, что на несколько часов этого хватит. И присели – да что там, повалились на песок ровно в тот момент, когда налетевший сверху ветер как пологом задёрнул необыкновенно звёздное небо и завыл где-то там, в вышине. Рик засветил магический шар – еле-еле, больше не выходило.

– Началось, – прошептала Саваж.

Ветер снова завыл и принялся поднимать песок к небу и швырять обратно.

– Вовремя успели, – проговорил Рик. – Ладно, теперь только ждать. Еда, вода?

У него в рюкзаке должен был быть нетронутый паёк на день, и вода, ещё целая одна бутылка, а как у неё – он не представлял.

– Всё есть. Днём-то не до того было.

Она потянулась к своему рюкзаку и начала его потрошить. Одной рукой. Второй только кончиками пальцев придерживала, и было ей, очевидно, неудобно.

До Рика дошло не сразу, а как дошло, так он взял её руку, не спрашивая, и развернул ладонью к себе. В слабом свете был неплохо виден порез – подсохший, но глубокий. Он собрал остатки сил, сжал края и стянул, остановив набухшие было капли крови. Подержал ладонь в своих, приметил аккуратные коротко остриженные ногти, тонкие сильные пальцы – очевидно, очень умелые. Поймал себя на том, что безотчётно легонько поглаживал её ладонь.

– Спасибо, – проговорила она тихо.

 – Так сильно проще, правда. Но я бы дотерпела… Докуда-нибудь.

– Лучше быть обоеруким в нашем положении, – буркнул Рик и выпустил её ладонь.

Саваж продолжила изыскания в рюкзаке. На свет появилась винтовка – молодец, девочка, во всеоружии – потом какая-то серебристая сумка, в таких женщины таскают миллион непонятных вещей, без которых они жить не могут, потом какая-то ткань в клетку, а потом уже из этой ткани она достала пакет с едой и бутылку с водой. Тоже одну, вторая, очевидно, закончилась в течение дня.

Ели молча, пили немного – кто знает, сколько здесь ещё сидеть, буря может продолжаться и сутки, и двое. Потом она принялась убирать вещи обратно в рюкзак, но клетчатую ткань оставила.

– Что это ещё? – изумился он, глядя, как она разворачивает эту штуку.

Разворачивает, разворачивает… развернула.

– Плед. Подарили. Даже не мне, а Жанно, но два, и он один мне отдал. Очень лёгкий и компактный, но мягкий и тёплый.