Женитьба дядюшки Жиля

Друзья? У неё? Нет у неё друзей, подумала Мадлен, и поняла – насколько это грустно. У отсутствующего здесь брата – есть, и она сейчас пользуется именно его дружескими связями – на благо себе и девочкам. А у Ангеррана друзей не было. Что он мог дать дочерям? Да ничего.

Но кажется, она отвлеклась и снова прослушала слова своего кавалера, а он, видимо, принял её молчание за согласие, и уже вывел её из зала во внутренний двор и вёл к фонтану. Сейчас там не было играющих детей, и вообще сгущались сумерки.

– Вы снова где-то в дебрях ваших мыслей, прекрасная госпожа де Кресси, – говорил он. – Вас совершенно невозможно очаровывать сладкими речами – вы их не слушаете. Может быть, с вами нужно быть откровенным?

– Будьте любезны, – она насторожилась.

Слова об откровенности обычно не означали ничего особенно хорошего.

– Вы очень красивы и вы свободны. За вашей спиной не стоит никакого злого мужа. Вы сама себе хозяйка, и можете сами решать – отвечать ли на предложение мужчины.

– Предложение? – нахмурилась она.

Вот ещё не хватало!

– Я тоже свободен, и я восхищён вами, дорогая госпожа де Кресси. Я готов петь вам оды и дифирамбы, и не только петь – если вы позволите утешить вас в вашем суровом одиночестве. Уверяю вас, я достаточно искусен, чтобы вы быстро забыли вашего неуклюжего мужа – вряд ли он в любви был лучше, чем во всём остальном.

– Я не понимаю вас, – отрезала Мадлен.

То есть на самом-то деле она прекрасно всё понимала, но предпочитала, чтобы все вещи были названы своими именами.

– Вы не можете быть настолько наивны, прекрасная Мадлен. Или вы наоборот – искушены? Хотите назвать всё прямо? Извольте. Вы прекрасны, и я хочу вас – сейчас. И потом тоже. В идеале – насовсем, но вдруг мы не устроим друг друга в любви? Вы свободны, и ничто не мешает вам попробовать. И никто. И я постараюсь не разочаровать вас, – он поднёс к губам её пальцы, легко дотронулся.

Именно чуть дотронулся – вовсе не так, как принц до того.

И его сладковатый запах стал настолько приторным, что Мадлен чихнула.

– Простите, господин граф. Я не хочу вас обидеть, но – нет. Между нами не может быть ничего.

– Отчего же? Вполне может. Позвольте себе захотеть – хоть немного, и дальше вам понравится, уверяю вас. Вы ещё будете просить меня повторить, вот увидите!

– Не хочу ничего видеть, и ни о чём просить тоже не хочу.