Под защитой Темного императора

Фактически Гретта для него – чужой человек, и предъявлять на нее права он формально не может. – Значит, мне не показалось, и я и вправду не был твоим первым мужчиной? – прямо спросил он, не без удовольствия наблюдая за тем, как алеют щеки девушки.

– Какая разница? – гордо вскинула голову она. – Всё равно жениться на мне ты не собираешься.

– Это верно, – цокнул языком Лан, окончательно убеждаясь в том, что не так уж она и проста, раз решилась лишиться невинности до свадьбы. Интересно, о чем она думала, отдаваясь этому недомерку? Неужели они сами до этого додумались или парня надоумил идиот-староста, чтобы избавиться от ответственности за сироту? – Выдвигаемся через час.

– Нет, – Гретта пыталась придать своему голосу твердости, но император чувствовал, что она боится перечить ему. – Я не поеду.

– Поедешь, – без капли сомнений ответил он. – Если уж я не могу претендовать на покровительство по праву первой ночи, придется действовать иначе, – с этими словами он решительно приблизился к растерявшейся девушке и резко обхватил её, прижав к своей груди.

Она испуганно вскрикнула и попыталась вывернуться, но Лан даже не обратил на это внимания. Он собирался провернуть сложный ритуал, а для этого требуется полное сосредоточение.

– Пусти меня! – доносились глухие вскрики и беспомощные попытки лягнуть его. – Пусти, не смей прикасаться!

Лан не слушал. Он был уверен, что задумка пойдет во благо в первую очередь для самой нимфы. Император получит лишь груз ответственности вдобавок к тому, что уже имеется.

Гретта получит защиту, гарантию безопасности и будет избавлена от косых взглядов. Она ещё не понимает этого, но скоро поймет.

Император обратился к родовой магии. Как глава императорского дома он имел право призывать её, чтобы заключить брак, расторгнуть его или же…принять в семью кого-то ещё. Темная магия семьи откликнулась очень быстро. Она пришла к нему, как верный пес, спрашивая: «Что тебе нужно, хозяин? Зачем позвал?».

– Как глава рода я взываю к темной родовой магии, – произнес он, вкладывая силу в свои слова.

 – Услышь меня и прими в семью Гретту, не имеющую ни отца, ни матери, ни живых родственников до третьего колена. Я беру под опеку этого ребенка и клянусь содержать, обеспечивать, защищать и воспитывать её. Благослови, – произнеся клятву, император отпустил магию, как поводок. Воздух вокруг них замерцал зеленым маревом. Лан чувствовал, что родовая магия присматривается к незнакомой девчонке.