Сбежавшая игрушка

 – Это тебе, – он протянул коробку мне, а я не нашла причины отказываться. Внутри оказались разные сладости, которых я прежде никогда не пробовала. – Рахат-лукум, мармелад и марципаны. Приятного аппетита, – сказал Роб и удалился.

Я так и осталась стоять, не понимая, что это вообще было? Да он мне даже конфетки ни разу не принес, а тут сразу коробка… Странно. Я осторожно попробовала угощение и просто не могла остановиться. Как же это вкусно! Мармелад буквально таял на языке, лукум обволакивал рот приятной сладкой горечью, а марципаны были ну просто бесподобны.

Я съела все, и мне даже в голову не пришло с кем-то поделиться.

Ещё через несколько дней он принес мне букет ландышей, а потом и вовсе позвал на прогулку в лес. Я смущалась и понимала, что он, похоже, начал за мной ухаживать, вот только почему именно сейчас? Не знаю, но я ему не отказывала, все же Роба я знаю немногим больше года, и вредить он мне не станет. Дальше разговоров и цветов со сладостями у нас дело так и не пошло, чему я была только рада.

Примерно через неделю после моего путешествия по дну реки я поняла, что меня тянет к ней. Сначала это были слабые позывы, которые я принимала за обычное любопытство, но потом я стала ловить себя на том, что смотрю в сторону реки, пытаюсь уловить её запах или услышать шум текущей воды. Заводить разговор с Сэмом о том, чтобы он снова отпустил меня туда, и речи не было – он бы просто мне голову оторвал. А если бы узнал, что я ушла в самоволку, так и вовсе запер бы в своей комнате под домашним арестом.

Но я ощущала ЗОВ. С каждым днем все сильнее. Спустя две недели я не выдержала. Проснувшись среди ночи, обернулась кошкой и через окно выбралась на улицу. Даже не помню, как добралась до реки, ноги как будто сами несли меня.

Вновь став человеком, я, полностью обнаженная, вступила в воду, которая в ночи казалась черной. Сразу же я ощутила покой, и все беспокойство и душевный зуд, мучавший меня последние дни, прошли. Мой знакомый тоже был здесь, но старался держаться подальше. Понимает, гад, что мне сейчас лучше не попадаться.

Вода приятно холодила кожу и как будто делилась со мной своей энергией. Я поплавала минут и тридцать и вышла на берег. Не знаю, что это было, но не стало значительно легче, и я благополучно вернулась в свою постель, никем не замеченная.

А потом Роб подал идею, которая меня, мягко говоря, очень удивила.

– Ты же оборотень, Поля, – начал как-то он за общим ужином. – К тому же, не имеешь запаха и как оборотень не выглядишь.