Пока ты моя

 – Нам известно, что произошло?

Адам подошел к Лоррейн чуть ли не вплотную, не обращая внимания на то, что она явно напряглась. А он воспользовался ее новым гелем для душа. Лоррейн чертовски хорошо улавливала этот запах.

– В ванной – мертвая женщина. Она была беременна.

Когда Адам ушел, чтобы осмотреть место происшествия, Лоррейн осторожно взяла со стола несколько бумаг. Большей частью это были обычные студенческие записи и бумажные папки, но одна из них отличалась от остальных. На переплетенном светло-сером пластике серебряными буквами было напечатано: «Медицинский центр «Уиллоу-Парк».

Слова располагались над темно-синим изображением ивы – логотипом клиники. До Лоррейн донеслись характерные звуки из ванной – Адама выворачивало наизнанку.

Лоррейн открыла папку. На первой странице была указана общая информация о Салли-Энн: дата рождения, номера телефонов, ближайший родственник – некто по имени Расс Гудол. Впрочем, Лоррейн заметила, что раньше там было написано другое имя, но оно было так тщательно зачеркнуто черной ручкой, что детектив не могла его разобрать.

«Бывший любовник? – принялась гадать она. – Отец ребенка?»

На следующих нескольких страницах шли таблицы и детали ее беременности: вес, артериальное давление, результаты анализов мочи. Кажется, абсолютно все было в норме. Сейчас шел ноябрь, а информацию начали заносить в папку с конца апреля – очевидно, когда Салли-Энн впервые обратилась к врачу. Она должна была родить предположительно через две недели.

Вернулся Адам, покрытый испариной и чрезвычайно бледный.

– Боже праведный! – только и мог произнести он.

– Понимаю, – отозвалась Лоррейн, подняв на мужа тяжелый взгляд.

Впрочем, их недавние разногласия уже не имели значения. Все казалось ерундой. У них были их девочки, их дом, их работа. У них все было в порядке, не так ли?

– Я сожалею о том, что произошло сегодня, Рей, – промолвил Адам.

Лоррейн услышала, как он с усилием глотнул. Его лицо позеленело.

– Ага, – бросила Лоррейн, осознавая, что больше о вспышке эмоций за завтраком не будет сказано ни слова. Это была бессмысленная размолвка, которая подпитывалась семейными претензиями и мелкой ревностью. – Она была студенткой, изучала бухгалтерское дело, – продолжила Лоррейн. Она даже не отчитала Адама за то, что он снова назвал ее Рей. – Ей было двадцать четыре. Ближайший родственник – парень по имени Расс Гудол. Я свяжусь с медицинским центром.