Пока ты моя

Разные фамилии, регулярные стычки и отказ Лоррейн носить обручальное кольцо – все это красноречиво говорило о том, что вне работы их ничего не связывает. Да и на службе они явно прилагали все усилия, чтобы избегать друг друга. Только если расследовалось серьезное дело – такое, как убийство Салли-Энн, – они знали, что должны объединить усилия и использовать во благо десятилетия ценного опыта.

– А это могут быть открытки из серии «желаем успешной операции»? – Лоррейн снова рылась в медицинской папке. В первый раз она пропустила эти сведения.

– Что еще за операция? – спросил Адам, присоединяясь к ней за столом.

Определенно муж воспользовался этим ее проклятым гелем для душа «Аква ди Парма», почти тридцать фунтов за штуку. В следующий раз Адам наверняка выльет на себя весь флакон.

– Вот, – ответила Лоррейн, желая немного оттянуть объявление об этой находке. Ей просто хотелось доставить себе небольшое удовольствие, сделать нечто, заставившее почувствовать себя хоть на каплю значительнее.

Лоррейн показала на аккуратный четкий почерк в верхней части страницы. Это был тот же самый почерк, что и на студенческих папках, – почерк Салли-Энн, как нетрудно было догадаться.

Адам прочел краткие записи:

– «Кесарево сечение. 18 ноября. Явиться до восьми утра. Доктор Ламб. Брэдли Уорд. Собрать сумку».

– Это завтра, – произнесла Лоррейн, пристально глядя на мужа. – Только вот кто-то опередил врача.

4

Ее спальня наконец-то готова. Я постаралась сделать ее комнату по-домашнему уютной.

Оскар и Ноа ссорятся, выясняя, какого плюшевого мишку она захочет посадить на свою кровать.

– Мне кажется, она слишком взрослая для плюшевых мишек, – говорю я им. Они не согласны.

Я измучена. В эти дни меня выматывает даже такое простое дело, как постелить на ночь кровать. В такой ситуации остается только гадать, удастся ли мне когда-либо вернуть свое прежнее тело. Джеймс, разумеется, предложил мне помочь с подготовкой комнаты, но я ответила, что будет лучше, если он займет чем-нибудь мальчиков.

Очевидно, ему это не удалось, потому что весь последний час они носились вокруг моих лодыжек, шлепаясь на пуховое одеяло. В это время я упорно билась над тем, чтобы впихнуть злосчастное одеяло, из-под которого доносилось хихиканье, в красивый розово-кремовый цветастый пододеяльник. Я довольна тем, как выглядят ее спальня и гостиная. Мне хочется, чтобы ей было удобно, хотя я немного нервничаю по поводу ее переезда сюда.