Правила одиночества

После этого все как-то очень быстро стало на свои места. Караев действительно уехал на родину, а Лена вышла замуж за другого однокурсника. Причем еще до того, как он уехал. Через несколько лет Воронина развелась, однако однокурсник карьеру действительно сделал. Когда Караев вновь появился в Москве, об этом Лена узнала очень быстро и с тех пор, время от времени пыталась восстановить статус-кво, окружая Караева заботой и лаской. Заботу Караев еще кое-как принимал, но вот от ласки всячески отнекивался.

– Понимаешь, – заговорил он после долгой паузы, есть такие навязчивые понятия; у нас в школе на уроке труда учитель спрашивал: «Скажите дети, где в СССР находится самое крупное месторождение магнитной руды?», и мы в один голос, довольные отвечали: «в Магнитогорске».

«Неверно, – говорил учитель – в Курске. Это знаменитая Курская магнитная аномалия». На следующем уроке он повторял свой вопрос, и мы в один голос вновь отвечали: «В Магнитогорске». Поэтому, как в партийной считалке, – мы говорим партия, подразумеваем Ленин. Говорим театральный вуз, подразумеваем – актеров.

Караев ждал от девушки, какой-нибудь реакции на свои слова, но та продолжала сосредоточенно мыть пол, тогда он поднял рюмку, выпил, закусил по потемкински лимоном, затем встал и вновь подошел к окну.

– Дождь начался, – заметил он, – а мы тут с тобой в неведении.

Маша в это время гремела железным ведром, поэтому не слышала его слов, но Караев не замечая этого, продолжал говорить.

Моя мама была скрупулезным человеком и всегда сетовала на то, что в редких письмах к ней, я не указывал индекса, из-за этого письма шли очень долго.

Но я не писал индекс, потому что никогда не запоминал его. А сейчас помню, потому что смотрю на эти шесть цифр из окна каждый Божий день, они горят перед моими глазами, как небесные письмена, я их вижу, даже когда закрываю глаза и ложусь спать. Правда, письма писать некому, мамы уже нет в живых.

Он обернулся, Маша, закончив с мытьем, вылила грязную воду в унитаз, убрала ведро.

Стоя у открытой двери в ванную спросила.

– Можно я приму душ?

Она стояла, чуть наклонив голову набок, со странной усмешкой на устах.

– Конечно, – ответил Караев, в некотором недоумении, – пожалуйста.

– А вы не дадите мне полотенце?

– Там есть.

– Чистое?

Караев принес из комнаты полотенце и протянул Маше. Девушка взяла его и исчезла в ванной. Мужчина некоторое время стоял перед закрытой дверью, слушая шум падающей воды.