Против правил

Позднее тем же вечером молодой человек собрал свои вещи и в последний раз вытянулся на больничной койке. Он был слишком взбудоражен, чтобы спать. Ему в жизни выпал второй шанс. Первую возможность он не использовал должным образом, но со второй, которая должна начаться завтра, он не совершит такой промашки. Больше никаких потраченных впустую лет. Теперь у него в жизни есть цель.

Тревор потянулся к зеленой металлической коробке, которая всегда находилась у него под рукой. Письма истерлись по линиям сгибов, а по краям обтрепались.

Он выучил все двадцать семь посланий наизусть, но ему доставляло особое удовольствие рассматривать изгибы и завитки изящного женского почерка. Он взял одно письмо из стопки, и выбор его был не случаен.

«…Ты прекратишь водить дружбу с этим твоим Ловеласом. Судя по твоим рассказам, он относится к тому типу мужчин, которых я ненавижу. Считает себя Божьим даром женскому роду, не так ли? Даже если ты и говоришь, что он красив, как дьявол, я знаю, что он бы мне не понравился…»

Тревор аккуратно сложил листок и убрал его в конверт.

Ему еще долго не удавалось заснуть.

Она оказалась красавицей.

За последние несколько недель он видел ее много раз, но так близко – впервые. И такое продолжительное время. Возможность рассмотреть ее черты он счел особой привилегией.

И через тысячу лет Тревор не сумел бы описать цвет ее волос. Слово «светлый» не подразумевало более темные сияющие прядки, скрывающиеся в общей массе. Не была она и рыжеволосой.

Определение «рыжеватая блондинка» также не соответствовало истине, потому что было пресным и скучным, что никак не соответствовало облику Кайлы Страуд, которая излучала энергию и солнечный свет.

Сегодня ее неописуемые волосы были собраны в простой конский хвост на затылке, но несколько выбившихся из прически вьющихся прядок мягко обрамляли ее лицо.

Ах, какое лицо! Формой напоминает сердечко, подбородок заостренный. Брови изогнуты дугой над широко расставленными глазами.

Лоб высокий и гладкий, свидетельствующий о выдающемся интеллекте. Цвет лица очень естественный, щеки напоминают спелые персики, при виде которых Тревору отчаянно захотелось вкусить их сладость.

На Кайле были повседневные желто-коричневые слаксы, хлопковая блузка в полоску с закатанными до локтей рукавами и кардиган. Она могла по праву гордиться своей точеной изящной фигурой с идеальными пропорциями.

Воистину, эта женщина – само совершенство.