Чёрт из табакерки

Чёрт из табакерки

Сандра Бушар

Однажды Сэм Керн спас меня от «прелестей» детского дома, при этом обозначив, что теперь я его должница. Время шло, я уже забыла об этом, как вдруг он появился на пороге, как черт из табакерки. С дьявольской улыбкой и контрактом в руках… Брачным контрактом, который я просто обязана подписать. Для обложки использовано фото с сайта Shutterstock, автор Conrado.

Содержит нецензурную брань.

Сандра Бушар

Чёрт из табакерки

Глава 1

Мне хотелось бы начать со слов: «Не помню, когда моя жизнь перестала быть идеальной».

Но она никогда не была сахарной. В три года родители погибли, а так как других родственников не было – меня отдали в детский дом. Помню, как вошла туда впервые и поняла: все. Как раньше… Нет, уже не будет. Взрослые мысли в голове ребенка.

Так и было. Мы воровали, продавали газеты и отдавали все деньги директору, красили ей стены в доме, даже стелили ламинат… И все это в десять лет. А потом произошло что-то странное. К нам приехал мужчина лет пятидесяти, пухлый, молчаливый, уставший от жизни меценат.

Он решил принять в семью девочку.

– Почему именно из нашего дома? – шушукались работники по углам. Ответ оказался прост: его жена здесь выросла и умерла в аварии десять лет назад, когда была беременной. Не знаю, почему он решил взять на попечение кого-то именно сейчас. Не знаю, почему выбрал именно меня.

Ведь от одного взгляда Романа Викторовича у меня наворачивались слезы. Я робела, становилась послушной и готовой выполнить любой приказ, лишь бы он больше на меня не смотрел так…

Но уже вскоре мои вещи собрали и сказали, что теперь жизнь изменится.

Снова… Так и случилось: дорогие платья, лучшие учителя, множество интересных кружков. Каждый раз за новое достижение Роман Викторович вызывал меня к себе и, улыбаясь только уголками губ, просто кивал. Это было единственное поощрение, которое я помнила. Любви особой к себе не видела, но меня и так все устраивало.

Но однажды в дом приехал Он. Сэм – родной сын Романа Викторовича, который после смерти матери решил жить на ее родине – в Америке.

Ему было восемнадцать, когда я едва отпраздновала свое четырнадцатилетие. Наглый мажор, самоуверенный козел и хитрый подлец. Это я поняла с первой встречи, когда он долго рассматривал меня, как какую-то грязную безродную зверушку.

– Ты тут ненадолго, – сказал он мне за праздничным ужином, а затем начался террор.

Он подарил мне подарок, который, после того как я его открыла, взорвался.