Друг моего отца

– Подумаешь, – пожала плечами я, кокетливо улыбаюсь, – какая ерунда!

Несмотря на мои подмигивания, заигрывающие скольжения ладонью по голой шее и томные вздохи, Олег оставался беспристрастным, смотрел лишь в глаза с явным неодобрением и непониманием.

– Это не ерунда, – фыркнул тот, качая головой. От осуждения в голубых глазах становилось жутко неуютно, холодно. Хотелось завернуться в одеяло, а лучше провалиться под землю. – Ты агитировала огромное количество народа выпить весь алкоголь из бара.

Такой кассы во вторник у нас давно не было! Хотя чему я удивляюсь… На халяву и уксус сладкий!

– Уверена, – голос нервно дрогнул от такого нескрываемого прессинга, – с карточками произошло недоразумение, и папочка разберется…

– Витя-то?! – взорвался тот, проведя пальцами по волосам, взлохмачивая их до состояния ежика. – Витя, конечно, разберется. Он же тебя любит!

– Ага, – саркастично хмыкнула я. Поцелуй моей подруги с отцом, наверное, вечность будет являться в ужасных снах, – обожает прямо!

– Знаешь, Лен… – затянувшись сигаретой, он звучал пронзительно холодно и неприлично грубо.

 – Я раньше Витьке завидовал, что у него дочь есть. Да еще так рано появилась. Считай, друзьями можно стать… – он сделал многозначительную паузу, а после ударил под дых колкими словами: – Но такую дочь, как ты, врагу не пожелаешь!

Что может быть хуже, чем видеть в глазах уважаемого тобой человека презрение? В моих же глазах пеленой встали слезы от горечи и обиды.

Опустив голову вниз, я поспешно протараторила, мечтая быстрее свалить из чёртового кабинета пораньше и больше никогда не видеть Олега:

– Звоните уже отцу и разойдемся!

– Я просто хочу, чтобы ты поняла, – продолжал свое сверление мозга тот, намеренно оттягивая звонок, – три миллиона – очень большая сумма. Многие столько за год не получает. Витя много трудится, чтобы иметь высокую зарплату, а ты разбрасываешься деньгами, будто они на деревьях растут!

Своим поступком я не гордилась, но и оправдываться не собиралась.

Пусть уж лучше отец потратит три миллиона на чужую попойку, чем на мою бывшую подругу.

– Звони. Уже, – прорычала я, сверля взглядом телефон в мужских руках.

– И, – намеренно не успокаивался Олег, скользнув своими невероятными глазами от моих пят до темечка, – этот твой внешний вид… Не удивлён, что все в баре сегодня к тебе приставали. Не сложно перепутать с дешевой путаной.