Каролина: между дождем и градом

Задыхаясь, не разбирая дороги, я летела вперед… Чем ближе становился забор, тем спокойнее получалось дышать.

– О нет… – замерев у высокой каменной стены в пять метров, сверху явно с натянутым напряжением, задохнулась от слез. – Боги, нет…

Неподалеку начинались ворота, предназначенные впускать и выпускать людей из поместья четы Орловых. Сцепив зубы, не думая ни о чем кроме спасения, я бросилась туда.

– Боги, госпожа, – приметивший меня охранник шарахнулся назад с широко распахнутыми глазами. – Позвольте мне предложить вам куртку и обувь…

– Мне нужно лишь одно, – сложив руки на груди, я была непреклонна, – выпустите меня.

Мужчина поморщился, опустил взгляд:

– Что угодно, кроме этого.

Ошарашенно застыв с распахнутым ртом, я недоверчиво покачала головой:

– Вы, верно, меня не расслышали? Я хочу выйти от сюда. Сейчас же.

– Не велено, госпожа, – пожал плечами мужчина, протягивая дымящуюся кружку. – Чаю? У вас вон губа трясётся от холода, ноги все синие…

Словно земля под ногами затряслась в тот момент, а тело перестало быть моим.

Уткнувшись лбом в забор, я простонала в полный голос:

– Я просто хочу уйти отсюда… Просто хочу уйти…

Моя жизнь словно кончилась, я умерла в той гостиной, узнав правду. Стала тем самым Бенгальским тигром в клетке, привезенным в дом ради одной конкретной цели – исполнения долга. Я не была живым человеком для таких, как Орловы. Я была животным…

– Открой ворота, Константин, – голос Владимира позади казался громче грома, мощнее молнии. Я обернулась и увидела мужчину с черным зонтом, куполом закрывающим половину его лица.

Он смотрел на меня, как мессия. Не моргая. – Дай девушке уйти, если она просит.

– Вы уверены, господин? – растерялся охранник, явно попадая под влияние ауры хозяина дома. Она подавляла всех вокруг, заставляла ощущать надвигающую опасность. – Девушка ведь…

– Константин, – прошипел Владимир сквозь стиснутые зубы, – открой эти чертовы ворота!

Тяжело вздохнув, он сдался:

– Есть, босс!

Высокие ставни принялись медленно раздвигаться, издавая слабый писк.

Все это время я безостановочно рассматривала мужчину, ожидая подвоха. Ждала условий… Ждала, когда прозвучит заветное «но».

– Иди, девочка, – Владимир подбородком кивнул в сторону свободы, глаза его вводили меня в совершенно пугающий транс. – Ты ведь этого хотела? Путь свободен. Никто не держит тебя здесь насильно, если ты об этом думала. Здесь не тюрьма.

Сглотнув тяжелый ком, я отряхнулась, избавляясь от наваждения.