Приверженная

Мы ушли слишком глубоко в парк, а случайные зеваки и беременные женщины лишь разбегались, увидев перекошенное от ярости лицо Шакалова и его кровавый кулак.

– Ты сейчас убьешь этого ребенка! – что есть мочи закричала я, только потом понимая, что ближе по возрасту к парню, чем к Шакалову. Ирония судьбы… Чувствовала я себя на все пятьдесят.

Кирилл замер, словно пытаясь освободиться от дымки перед глазами. Мышцы его рук напрягались, капельки крови стекали по руке, пачкая белую майку.

– Немедленно прекратите, мы уже вызвали полицию! – санитары появились откуда не ждали. По комплекции они были меньше Шакалова, но их было трое, а Кирилл один.

– Уведите кто-нибудь пациентку в палату, – рыкнул Шакалов, не поворачиваясь, а затем демонстративно схватил парня за шею. Тот дышал, но выглядел паршиво. – Немедленно! Иначе я вам его не отдам.

Кто-то подхватил меня под руку, уводя прочь. Уже в больнице я пришла в себя, а затем медсестра вколола мне дозу успокоительного, от которого я проспала до самого вечера.

В палате горел свет, маленький светильник на столе, слабо освещающий силуэт у окна. Я привстала и, еще не до конца придя в себя после сна, нетерпеливо пробормотала:

– Как ты мог так поступить?! С ребёнком! У меня на глазах!

– Думаю, у него просто накипело, Кристина, – мужчина повернулся, и вместо Шакалова я увидела Максима. Странно было видеть его таким массивным и накачанным.

Это не укладывалось в голове, противореча воспоминаниям… И тем не менее Абрамов изменился. – Пару дней его не будет. Я за тобой присмотрю.

– Кирилл струсил и сбежал, – констатировала я, быстро вставая с постели. В палате была шикарная ванная комната, но я предпочитала общие умывальники, чтобы освежиться. Во-первых, вид оттуда был на побережье, а во-вторых, почему-то только там я ощущала себя свободной. – Я пройдусь.

– Куда ты? Мне нужно следить за тобой? – крикнул вслед Макс, но я лишь демонстративно открыла дверь, дав понять, что его слово для меня не закон. Хватит и одного любителя командовать! – Все равно охрана всегда рядом…

И действительно! Огромный амбал проследовал за мной вплоть до самой кабинки, а затем, осмотрев туалетную комнату, соизволил выйти. Я же села на подоконник, растворяясь в мыслях и воспоминаниях.