Любовь жива

Что, если реакция Макса была вызвана не только злостью на нее за то, что она утаила от него ребенка? Что, если он захочет признать Этана своим? Макс всегда очень тщательно выбирал слова, и если он назвал Этана «сынок»…

Нет, не может быть.

В два шага Макс пересек комнату и сжал ее локоть, выводя в кухню.

Она села за стол, страстно желая хоть чем-нибудь отгородиться от Макса, и начала ковырять старую царапину на столешнице, пока Макс мерил шагами ее крохотную кухню, излучая напряжение и ярость.

Он всему отдавался целиком – работе, жизни, одно время – Джиллиан. Теперь это умение было отдано гневу.

Если он потребует права видеться с ребенком, она позволит ему, но в свою очередь потребует, чтобы он приходил регулярно и чтобы… Джиллиан запустила пальцы в волосы. О чем она думает?!

Макс все еще ходил туда-сюда. Джиллиан смотрела в стол, но слышала его шаги, ощущала его присутствие, душившее ее. Если бы только он сказал что-нибудь, хоть что-нибудь…

Наконец Макс остановился:

– Он мой сын.

Что-нибудь кроме этого. За спокойным тоном скрывалась буря эмоций, но это был не вопрос, поэтому Джиллиан ничего не ответила.

– Как ты посмела?

Она подняла голову. Он стоял спиной к ней и смотрел в окно, и она была рада, что не пришлось встречаться с ним взглядом.

– Я сделала то, что считала нужным.

Он повернулся к ней.

– Нужным? – прорычал он.

– Ты не хотел детей. Ты порвал со мной, стоило мне заикнуться об этом.

Он недоверчиво потряс головой:

– Ты уже была беременна тогда?

– Да.

– Но как? И ты… – Он снова отвернулся. – Этот мальчик…

– Этан.

Макс подошел к столу и оперся на него, приблизив лицо к ее лицу. Ее сердце затрепетало, но она не отстранилась.

– Этан – мой сын. – В его голосе был лед, но на виске билась жилка. – И тебе ни разу не пришло в голову, что я имею право знать.

Она думала об этом миллион раз, но здравый смысл всегда одерживал верх.

– Ты мой папа?

Джиллиан замерла, услышав счастливый голос сына.

От тонкого слуха Макса это тоже не укрылось. Он посмотрел на нее, и в его глазах ей вдруг почудилось что-то кроме ярости, как будто он спрашивал ее разрешения.

– Нет, – прошептала она, – не сейчас.

Его взгляд посуровел.

– Если не сейчас, то когда? – Он развернул стул к Этану, сел, упершись локтями в колени, и, склонившись к Этану, мягко сказал: – Да, я твой папа.

Джиллиан, затаив дыхание, ждала реакции сына.