Кладовая мифов

Однако это – величайший позор Дедала. Это создание произошло благодаря его помощи в утолении похоти жене Миноса, правителя острова. У него не было выбора, ведь в противном случае он и его сын погибли, а рукописи мастера были бы сожжены вместе с ними.

– МУУУУ!

его рёв огласил окрестности лабиринта. он ненавидел это место всей душой: узница, в которой ему суждено умереть от старости или от меча «героя». Астерий фыркнув, взрыхлил землю ногой и продолжил тащить очередной доспехи «героя» к своему логову. Сначала он искал выход из лабиринта.

Долго. Астерий чертил схемы, измерял, прогнозировал, но всё без толку: он осознал, что лабиринт жив. Коридоры, бывшие полчаса в западном крыле вполне могли образовать из себя непроходимый тупик. А западная тропка, ведущая в форме S к колодцу с отравленной водой – вдруг распрямится, а в конце хранить сад с вишней. Он мало что помнил из своей жизни до лабиринта. Отчетливо помнил полные ужаса глаза повитух, безумный хохот матери. А дальше – тьма, и доносящиеся из неё советы человека, назвавшегося Дедалом :

– Иди в центр, я соорудил там пещеру для тебя.

эта часть стабильна, однако всё остальное… впрочем, скоро ты сам всё увидишь.

– му! мууу! – лишь это он смог произнести. Как впоследствие оказалось – это был чуть ли не весь лексикон, которым он обладал. Первое время ему даже нравилось здесь: местные обитатели лабиринта побаивались его, однако скоро начали приходить они. Преступники, герои ищущие славы и просто неугодные царю Миносу люди.

Астерий пытался.

Он хотел наладить контакт, поговорить, но всё это приводило лишь к воплям, плачу, безумным броскам с мечом и, в итоге, смерти путника.

Астерий научился защищаться. Осознав, какой мощью он обладает, Минотавр, а именно так его именовали приговорённые, понял, какой тактики стоит придерживаться в бою, чтобы он закончился быстро и безболезненно.

Но всё это пришло с опытом: и доказательством тому служат многочисленные шрамы, украшавшие его торс. Астерий прекрасно помнил, как истекая кровью, дополз до озерца, находившегося к востоку от зыбучих топей.

или к западу? Уже не важно. Он помнил, с каким отвращением смотрел на отражение, с каким отвращением оно смотрело на него.

Наконец, дотащив доспех, он грузно отдышался и распрямился, оглядывая свою гордость. На прошлый Беллетейн Дедал сжалился и оставил ему подарок: набор авторских инструментов. Они были прекрасны, точны, уникальны. Много сил и терпения понадобилось Астерию чтобы овладеть ими.