Влада. Бал Темнейшего

 – Вот про что угодно говорите, про светлых некромантов, про смерть – но не про этих… Что я ей такого сделал?! Мы хорошо провели время, просто не подошли друг другу.

– То есть, если перевести с языка парней на нормальный, ты ее бросил? – уточнила Влада.

– Если перевести с нормального языка на язык девчонок, то да – бросил, – огрызнулся Ацкий. – Она нажаловалась подружкам. Вы помните третий «Терминатор»? Вот ту бабу, от которой не скрыться было никуда, из жидкого железа? Вот теперь помножьте ее на десять, потому что у Синициной, кроме подружек, еще куча родственничков.

Их примчалась целая стая, преследуют и жгуг ядом, жгут… – Валькера передернуло, и он прикрыл глаза. – Первым делом сожгли крылья, чтобы не улетел, я – в янв от них. Там правда дико штормит, поэтому торчал в лесах под Огоньково. Все лето бомжевал, только из янва вылезу – эти тут как тут! В Москве остался, а родня вот в Питер улетела вся…

– Яд фурий, ну конечно! – Мара вдруг просияла, и полезла в свою блестящую стразами красную сумочку.

 – Я же работала в Носфероне! Немножко припасла, хотя бы лицо протереть, но на крылья не хватит. Думала – никогда не пригодится…

Кикимора вытащила пузатый флакончик, отвинтила крышку, и по кухне пополз острый аромат болотной вони.

– Вода из нашего бассейна? – Влада вдохнула его с удовольствием, но погрустнела, вспомнив, что теперь ей не видать, как самого бассейна, так и стен Носферона.

– Да-да! – Мара опрокинула флакон на свой носовой платочек. – У меня всегда есть запас этой воды, вдруг фурия плюнет… Вот, Димочка, приложи к ожогам и держи подольше, – кикимора протянула валькеру мокрый платок, воняющий болотом.

Тот развернул его и положил на лицо, издав облегченный вздох.

– Что же эти фурии, совсем озверели?.. – запричитала Мара. – Так изуродовать мальчика, как же он теперь будет с такими дырами в крыльях летать??

Возня вокруг Ацкого поутихла, когда валькер поел и с ног до головы был обмазан лекарствами. Теперь он развалился на полу, очень похожий на картину Врубеля «Демон сидящий», удобно откинувшись спиной на холодильник и щуря глаза на лампочку под потолком.

За время, проведенное в янве, он явно отвык от любого света, да и от разговоров.

– Будешь знать, герой-любовник, как с фурией связываться, – Герка, который цинично посмеивался над пострадавшим валькером, повернулся к Ливченко. – Зачем ты его сюда притащил, мелочь домовая?

– Я повторяю, вы все лошары, – Диня смакуя произнес это слово.