Огни чужой деревни

И зарабатывал ты, грех жаловаться… Нет, не пойму, как же ты барыгой заделался? Да в военное время я бы тебя, как вредителя к стенке поставил!

– Афанасич, ты чего на меня напраслину гонишь? Ты же меня не первый год знаешь? – спросил звеньевой, опасливо косясь на бригадира.

Одной рукой он держался за «баранку», а другой за ушибленное ухо. Бригадир долго ему не отвечал, а только молча глядел за окно. Деревня кончилась, вдоль дороги в сиреневых сумерках стояли одинокие березки.

– Это вы ловко придумали, – сказал он, наконец.

 – Жена дома самогонку гонит, а муж на работе барыжит. А супруга у тебя славная: домовитая, хозяюшка. Прежде чем первач разливать, все бутылочки помоет, этикетки отпарит, на забор повесит. Что же вы за люди такие? А может, вы и не люди вовсе? Может, вы со своей Анастасией только снаружи люди, а внутри у вас какие-то твари живут. Вроде как пришельцы из других миров. Я такое кино в видеосалоне смотрел. Этих тварей потом еще из огнемета всех сожгли.

Теперь долго молчал звеньевой.

За пыльным окном кабины высвеченная лучами фар моталась разбитая проселочная дорога.

– Я завтра уволюсь. Из района уеду, – сказал, подумав, Борисенко.

– Ты у меня из страны уедешь, – пообещал бригадир. – А ну, стой! Что там еще такое?

Шедшая впереди машина резко остановилась. Звеньевой тоже тормознул.

– Сиди пока здесь, – сказал бригадир. – А я пойду, погляжу.

На дороге, возле головной машины толпились комбайнеры, ремонтники и водители грузовиков. Трещали моторы, пахло соляркой и бензином.

В контрастном свете фар покалеченный дед Селивантий с бельмом на глазу был особенно страшен. Бригадир, наверное, содрогнулся бы от ужаса, если бы не был так взбешен.

– Чего стоим, мужики? – спросил, чуя недоброе, бригадир.

– А ты погляди сам, Петруша, – сказал появившийся, шут его знает, откуда, Игорь Сковорода.

– Куда глядеть-то?

– Они здесь, – сказал тихо Игорь и ткнул указательным пальцем вверх.

Осторожно, одним глазом бригадир покосился на темное, ночное уже небо.

Небо, как небо. Звезд до черта, а луны не видно.

– Над дорогой, – подсказал Игорь. – Прямо в зените.

Переборов смутную тревогу бригадир задрал голову вверх, так, что хрустнула шея, и со всей силой уперся взглядом в ночной небосвод. И он увидел. В полночном зените, над проселочной дорогой, над комбайнами и грузовиками, над горсткой людей, высоко в черной пустоте, среди млечного блеска звезд.

– Ёхарный бабай! – прошептал бригадир.