Дочь моей бывшей

Входная дверь настежь, значит, дома кто-то должен быть. Мысленно усмехнулся:

«Видать, от «женихов» запирается».

Мое внимание привлек порыв ветра. Горячий воздух, швырнув мне в лицо горсть пыли, рванул к развешенным вдоль забора простыням. Я поморщился, пытаясь проморгаться, и, вновь подняв глаза, нахмурился. За развевающимся полотном стояла девушка. Ветер услужливо закинул край простыни на веревки, открывая мне обзор на хозяйку жилища. Совсем юная. Худенькая, как и сказала продавщица. Тонкий бежевый сарафан на ней, сильно не по размеру.

Тёмные волосы беспорядочно рассыпаны по плечам. Рядом с девчонкой тазик с бельём. А она просто стоит. Глаза прикрыты, лицо к солнцу поднято. Неужто недостаточно жарко? Она вдруг улыбнулась, не открывая глаз, и, дёрнув какой-то вентиль, направила струю из зажатого в руках шланга вверх. На нас словно дождь пролился. Облегчающий дождь. Я тоже на пару секунд поднял голову навстречу освежающим каплям. Попить бы.

Я уже собирался нарушить эту чарующую тишину.

Но мой взгляд снова уцепился за бежевое платьице, которое почти полностью намокнув, просвечивало смуглую кожу девушки. Почему-то меня очень заинтриговала эта прилипшая ткань.

«Значит, ухватиться все же есть за что, – усмехнулся я, вспоминая слова продавщицы. – Теперь понятно, почему ее сынки за девчонкой как псы увиваются…»

Упругая налитая грудь с темными сосками натягивала тонкий сарафан. Я невольно облизал пересохшие губы. Хороша… Нахмурился, чувствуя, что усилия воли не хватает, чтобы отвести взгляд.

Даже странно, обычно малолетки меня не привлекают.

Девушка, наконец, выключила воду, приводя меня в чувство. Кровь постепенно стала возвращаться в нужную голову. А чертовка с беззаботным видом принялась развешивать белье.

– Вера? – голос прозвучал глухо и, прочистив горло, я позвал громче: – Вера!

Девушка, наклонившись над тазиком замерла. И набрав полные лёгкие воздуха вдруг закричала:

– Еб вашу мать, Ника! Так сложно запомнить? ВЕРО-НИКА! – выпрямившись, она вперила в меня разгневанный взгляд.

Прищурилась, а затем недовольно приподняла бровь:

– Ты ещё что за хмырь?

Не прошло и часа, а я снова хмырь…

Все же продавщица описала ее отчасти правильно. Я ухмыльнулся в ответ на грубое приветствие:

– У меня к тебе деловое предложение. Впустишь, НИ-КА? Или через забор будем говорить?

Закатив глаза, девушка подошла и отперла засов.