Королева для герцога

Руки, жесты которых были раньше такими легкими и воздушными, стали неловкими. Даже волосы потускнели, и тяжелые косы на плечах королевы смотрелись так, будто она их украла.

– Но Лиера все еще моя жена, верно? – глухо спросил Ксандр.

– Верно, ваша светлость. И мать наследника престола. Она носит кровь Терлингеров, и маги сделают все, чтобы ребенок появился на свет здоровым.

– Я смогу навещать ее? – неожиданно для себя спросил Ксандр. – Она не боится меня, и…

– Дорогой мой герцог, ее память как бабочка-однодневка.

Конечно, вы можете приходить к ней, но должна вас предупредить, что раз на раз не приходится – и если сегодня она играет с пряжками на вашей одежде, то завтра может попытаться выскочить от вас в окно.

– Я буду осторожен.

– Воля ваша. Но, герцог, я не люблю вселять в людей ложные надежды. Они отравляют существование куда надежнее аконита. Это – настоящая Лиера, и она останется такой, какой вы видите. Если вы думаете, что все вернется… Нет. Вам нужно править страной и ждать рождения ребенка, у которого кроме вас никого в этом мире нет.

Вы – регент. Пусть и без королевы.

Ксандр дотронулся до руки Лиеры. Та даже не заметила, увлеченная скольжением лучика солнца по постели.

– Я пришлю охрану. Гуардов. Пусть приглядывают, так мне будет спокойнее.

– Ксандр, ты все же надеешься, что…

– Люди странные существа, мистресс. Им не нравится терять то, что дорого.

Ксандр встал, подхватил рапиру и, коротко кивнув магичке, вышел вон из спальни королевы, понимая, что его надежды как песочные замки у прибоя.

Но он все равно будет входить в эти двери. И каждый раз ощущать себя, словно пришел на кладбище и открыл гроб.

Его Лиеры тут не было. Значит, нужно придумать способ ее найти. И вернуть, демоны его побери. Приманить обратно. Не будь он Грошовым герцогом!

Ксандр Терлингер всегда добивается своего и всегда платит по счетам. И если из всех женщин мира ему приглянулась магическая тварь из Темных миров, значит, он найдет к ней дорогу.

12. Удачный выстрел

Восемь месяцев после побега Райтана

Дел действительно хватало.

Литавия, пришедшая в упадок во время правления Джастина Доброго, как он теперь именовался в летописях (хотя Ксандр дважды из чисто детской мстительности исправил в эдикте “Добрый” на “Безмозглый”), требовала жесткой руки.

И денег. Уймы денег.

Но шаг за шагом, сделка за сделкой положение выравнивалось. Хартские караваны стали теми костылями, которые помогли стране встать на перебитые ноги.