Сорцерий. Книга III. Вендетта

Собрав сумки и водрузив их на львов и фелиса, Адам и Алиса ожидали Августа, который отправился докупить некую вещь. Когда принц, наконец, появился, в руках нес треножный мольберт. Демонстрируя искомую вещь, он с улыбкой поднял его над головой, и опустил. Глаза Алисы радостно и восхищенно округлились, она бросилась навстречу и окрыленно запрыгнула в объятия Августа, который едва успел аккуратно поставить мольберт на землю, чтобы подхватить покровительницу.

– Спасибо! Спасибо! – верещала она.

– Да брось, может я мольберт себе купил, – улыбнулся принц.

 – С чего ты взяла, что это для тебя?

– Потому что ты только обо мне и думаешь!…

Она произнесла вслух то, в чем даже не сомневалась, но говорить не хотела. Улыбки Алисы и Августа медленно растворились в тяжести недосказанности, что грелась на языке; взгляды кричали о любви, которой нет хода; сердца бились в истерике, скручивающей внутренности. Но дыхание становилось все ближе, переплеталось и, казалось, что вопреки всему, их губы, наконец, соприкоснутся.

– Давно не виделись, – Адам вялым жестом руки поздоровался с кем-то без радости и особой охоты.

Алиса вздрогнула, медленно выскользнула из объятий принца и обернулась – Эвелина. Казалось, не лишись принцесса дара, покровительницу бы уже пронзили тысячи молний. Эвелина обрушила бы их прямо с черной тучи недовольства, затаившейся над головой. Принцесса наградила Алису тяжелым многозначительным взглядом.

В руках Эвелина держала неприкрытую плетеную продолговатую корзину.

Принцесса закупала на базаре недостающие ингредиенты для зелий, она случайный свидетель случайного порыва чувств. Так и рождаются сплетни: ты слепнешь от счастья или горя и в этот момент все вокруг оборачиваются, чтобы взглянуть на тебя одного. Беда в том, что многие из них весьма близоруки, зато не обделены редкой фантазией.

Эвелина внимательно осмотрела обширные сумки друзей и, наконец, прервала давящее осудительное молчание:

– Куда-то собираетесь?

Алиса напряглась, занервничала.

Она не хотела раскрывать тайну. Принцесса будто чувствовала истину, знала, кому принадлежит кладь, сверлила покровительницу глазами, впитывала каждую мелочь.

– Я себе дом построил. – Адам решил солгать заместо Алисы. – Обустраиваюсь в Дирилисе. Решил остаться.

– Тогда я загляну поздравить с новосельем…

Всем видом Эвелина дала понять, что не верит словам колдуна, но тут же оставила друзей и затерялась в шумной толпе.