Хочу ещё

Любопытно, откуда мне всё это известно? Возможно, это всего лишь плод моего больного воображения? Или это я сейчас, отпивая прохладный глоток щекочущего нёбо и вкусовые сосочки шампанского, мечтаю о тайном белоснежном подвале в кафеле, чтобы забрызгать его стены содержимым своего мочевого пузыря? А может быть, я, как альтруист и настоящий гражданин, помогаю бедным и убогим, и даже провожу бесплатные консультации с жертвами насилия или бывшими работницами подпольных борделей, которые поведывают мне иногда весьма любопытные истории…

Но, впрочем, слишком много чести для Анатолия Смирнова: у него и так сегодня будет отличная возможность выступить перед залом, и я подхожу к нему, чокаясь своим фужером, и сухое вино крошечными капельками искрится в свете новогодних свечей.

Мне кажется, или я улавливаю сквозь ароматы амбры и дорогой кожи слабый запах урины, микроскопическими молекулами пробивающийся сквозь поры моего жалкого извращенца?

Ну что же, я стараюсь присоединиться сразу же к другой группке гостей, чтобы хорошенько перемешаться и взболтаться перед подачей на стол.

Ведь сегодня я почётный гость, докладчик и кандидат на получение ежегодной премии в номинации «Психоаналитик года». Как я мог пропустить такое? Я поддеваю тонкими нервными пальцами, способными дарить нестерпимое наслаждение, микроскопическую тарталетку с осетровой икрой, и она яркими солоноватыми пузырьками спермы лопается у меня во рту.

А вот и моя милая девушка: я почти не различаю её лица. Для меня они все одинаковые, но я ощущаю её пряный острый нервный запах. Запах молодой потной лошадки в загоне, которая нервно кусает удила, ведёт бешеным глазом в бок и только и мечтает укусить своего наездника, пока он объезжает её. Со своей самой обаятельной улыбкой, я незаметно протягиваю ей свою визитку, и я даже не сомневаюсь, что сегодня у меня будет восхитительная рождественская скачка.

Вечер проходит легко и приятно, я, на зависть всем присутствующим, снова обласкан вниманием и любовью своих почитатели и пациентов, и Ассоциация безусловно, совершенно заслуженно вручает мне свою золотую статуэтку в виде бюста дедушки Фрейда. Ну что же, отправится ко мне на каминную полку в кабинете – к трём своим остальным братьям-близнецам.