Убей или умри. Том 2

– Извините, – буркнул я.

– Бывает, – так же невыразительно ответил Котов.

– Никогда не видела, как ты дерешься, Дима, – единственная в комнате дама, из рассказов Марины, я понял что это Скуратова, смотрела на нас с живым любопытством, – Наверняка, ты хорош.

– Она тебе действительно нужна? – спросил Котов, и звучало это так, словно он просто хочет перевести тему.

– Мне с ней комфортно, – ответил я, – привык.

– Как она вообще? – Котов обвел глазами собравшихся, не до конца сформулировав свою мысль.

– Ну вообще она дура, но старательная, – неожиданно заступился за Марину Веня.

– Молодая просто, – добавила Скуратова, словно это все объясняет.

Котов выудил из кармана смартфон, брезгливо покопался в нем и приложил к уху:

– Слушай, на место Марины… белобрысой этой… мы пока никого не назначили?.. Отлично, восстанавливай её… ты что, дурак?.. не знаешь, как это делается?.. просто потеряй приказ и все… да мне похер, где вы провели, выведите обратно… был приказ, и нет приказа… напиши ей сегодня отгул… – Котов поднял глаза к потолку задумавшись, – за свой счет, по состоянию здоровья… не в себе она сегодня была…болезная… угу…

– Даже мебель из кабинета уже вынесли, – хмыкнул он, давая отбой.

Я пожал плечами. Все любят убогих, а тех, что гнет по жизни свою линию преимущественно ненавидят. Так что эта информация для Марины была даже в плюс.

– А может Андрей сам и сообщит ей? – Мастер положил мне руку на плечо, – ты ведь знаешь, где она живет, правда? – и он мне подмигнул.

Шесть пар с любопытством уставились на меня.

– Знаю, – подтвердил я.

Я эти детские подначки знаю… уже пятый день, как знаю. Жизнь настолько резко разделилась на "до" и "после", что мне кажется, словно я на проекте уже давно. Настолько много событий произошло, настолько плотно они спрессовались за это короткое время. Денег уж точно больше, чем за все остальные прожитые годы.

– Только ты переоденься, а то чересчур… романтично получится, – встряла Скуратова.

Я только сейчас сообразил, что стою в халате и тапочках. Сбежавший из психушки. Запал прошел, а веселить окружающих я не собирался, поэтому молча развернулся, и пошел к выходу. Самое смешное, что переодеваться мне было не во что. Мои шмотки остались в больнице.