Убей или умри. Том 3

 – Шмотки мои передай мне потом…

Я кивнул и поднял катану. Когда в нашу комнату ворвались стражники, голова Ланса отделилась от тела и отлетела прямо в их сторону. Меня буквально сбило с ног великолепное чувство восторга, когда я взял сразу два уровня. За пару секунд тело Ланса осыпалось серым пеплом.

Воскрешения не будет. Вероятно, не тот случай. Стражники подняли копья и направили их кончики на меня. Один неверный шаг, и превращусь в ёжика. В подвал вальяжно спустился бургомистр.

– Что у нас тут? – поинтересовался он.

– Убийца игроков, – отрапортовали ему.

– Неправда, – встрял я. – Сюда проник лазутчик и уничтожил Ваших пленников. Я догнал его здесь и прикончил.

Бургомистр покачал головой, но снова ничего не сказал.

ВАША РЕПУТАЦИЯ С ГОРОДОМ УЛУЧШАЕТСЯ

ТЕКУЩАЯ РЕПУТАЦИЯ 4/10 “ДРУЖЕЛЮБИЕ”

Бургомистр хотел ещё что-то добавить, но не успел. Спираль перед глазами выбросила меня в реальный мир.

Тут возле капсул уже стоит комитет по встрече. Ланса, который освободился чуть раньше, заломив ему руки, куда-то уводят.

Я всем своим видом изображаю пацифизм. Но после того, как надеваю халат, меня так же жёстко подхватывают под локти и куда-то ведут. Уже в коридоре слышу, как завывают сирены на автомобилях скорой помощи. Звук приближается и затихает где-то перед входом в корпус. Значит, медики прибыли по нашу душу.

Глава 04

Мы сидели и ждали уже целый час. У нас отобрали телефоны и паспорта. У Ланса забрали ключи от Теслы, а у меня от квартиры.

Это была не тюремная камера. Самый обычный кабинет. На стене календарь с котиками и дешёвые громко тикающие часы. По столам, кроме обычного офисного мусора, расставлены кофейные кружки, а на одном, кроме этого, стоял высокий флакон лака для волос, и лежала открытая упаковка “Чоко-пая”. Наверное, здесь работала модница с хорошим аппетитом. Очень позитивное сочетание.

Я очень внимательно рассмотрел всё вокруг. Других развлечений у нас не было. Мы сидели рядом с Лансом на стульях для посетителей.

Охранник недружелюбно зыркал на нас, когда мы открывали рот, но помимо этого никакой враждебности не проявлял. Просто говорить при нём особенно не хотелось. Обсуждать что-то серьёзное при посторонних ушах было глупо, а болтать, типа, “где ты пропадал последние шесть лет” обстановка не располагала.