Убей или умри. Том 3

– Это же игра! – махнула рукой она. – Просто представь, что умеешь!

Музыка заиграла что-то громкое, ритмичное… Наверное, это был вальс. Сибилла ловко определила Анну в пару к какому-то усачу, а сама пристроилась ко мне. Я сделал шаг и понял, что ноги сами знают, что им делать. Словно фехтовальный навык, который получаешь при прокачке. Стоит только подумать, а тело само движется в нужном направлении.

Сибилла ахнула восхищённо:

– Вы прекрасно танцуете! Как жаль, что Анна приезжает так редко. Не поверите, сэр Таргитай, тут такая скука…

Её голосок звенел без умолку, выдавая светскую болтовню, а я тем временем находил в ней всё больше различий с кокетливой и хитрой Сибиллой, которую я знал до этого.

И всё же, как это возможно? Ядро нейросети не обнулили до конца? Или оно сработало снова в привычном для неё направлении? Тогда что это значит? Моя Сибилла – непись, которая выдаёт себя за игрока?! Это же полный бред. Или не бред? Как вообще можно отличить непись от игрока? По уровню? Они есть у всех.

Слишком много нестыковок сразу всплыло в памяти. Её удивительно низкий уровень при встрече, мутная история с пленом, уникальный класс и способности.

И в то же время неписи – это НЕПИСИ! Они не настоящие, не люди, просто набор скриптов. Я догадывался, насколько разумной может быть нейросеть, но сейчас мне становилось жутко. И сейчас, глядя в лицо танцующей Сибилле, я постоянно вспоминал интриганку из другой игры, которой раз за разом на полном серьёзе назначала встречи в реальном мире.

– Вы заскучали, сэр Таргитай, – огорчённо произнесла Сибилла. – Зря я разлучила вас с вашей… подругой.

Она лукаво подмигнула мне, в пируэте поменялась партнёрами, и вот я уже стою рядом с Анной.

Прохладная ладонь легла мне на плечо, а я своими пальцами почувствовал её талию. Раз… два… три… Раз… два… три… Я никогда раньше не понимал, что особенного может быть в танце, а сейчас моё сознание словно плыло отдельно от тела.

И я видел только лицо Анны, её гордый чуть вздёрнутый носик, её губы в ироничной усмешке, её глаза, в которых можно было утонуть. Она была и высокомерной сучкой, и испуганной маленькой девочкой, которую хотелось обнять и защитить. И я не могу понять, как это может соединяться вместе в одном человеке.

Музыка остановилась, и я замер, дыша, словно вынырнул с большой глубины.

– Анна… – мой голос неожиданно охрип.