Операция «Немецкий лис»

Коротко посовещались с министром двора Фредериксом. На большом листе отпечатали текст отречения. Царь повторно расписался карандашом, а сбоку поставил свою отметку министр двора. Оригинал остался царю, а большой лист взял Давин.

Обратно в Петроград ехали в разных поездах. Делегация с шумом, с провожающими погрузилась в специально предоставленный состав. А капитан Давин с папочкой в сумке сел в обычный, который к тому же задержали на два часа. Народа из Пскова в Питер было немного. Ночью, когда все спали, он раскрыл большой лист:

«Божею милостыю, Мы Николай Вторый…объявляем всем нашим верноподданным.

В дни великой борьбы с внешним врагом…судьба России требует доведения войны до победного конца. Начавшиеся внутренние народные волнения грозят бедственно отразиться на ходе войны. Для успокоения и единения народа Мы посчитали долгом совести отречься от престола и верховной власти. Призываем всех верных сынов отечества вывести государство российское на путь победы и благоденствия. Да поможет Господь Бог России.

Николай».

Давин перечитал ещё раз. Что теперь будет с царём? А с нами? Со страной. Вспомнил германцев. Ладно, надо работать.

Ночь не спал. С вокзала взял извозчика. В Думе все ещё спят, отправился на Гороховую. На Гороховой всё менялось. Революция меняла страну не в лучшую сторону. Полиция и Охранка всегда были верными Государю, поэтому на них волнения отражались самым кардинальным и неприятным образом. Часть жандармов были перебиты, часть смещена или уволена. Некоторые участки сожжены, а картотеки уничтожены.

Дежурный на входе не спал. Козырнул. Давин достал небольшой значок, показал. Дежурный жандарм, почти не глядя – Проходите, Ваш бродь. Только Вы постучите сначала, они с револьвером спят – перекрестился.

Интересно. Пошёл к лестнице по длинному коридору. На первом этаже несколько кабинетов носили названия существующих в России партий. «Социал-революционеры», «Меньшевики», «Народники», «Общественное движение», «Анархисты». О – «Большевики» – к этим стоить зайти.

Но позже.

Поднялся выше. Канцелярия тихонько гудела. Здесь собиралась вся информация. Текущая переписка, телефонные разговоры, телеграфные сношения и денежная отчётность. Здесь же был специальный отдел по установлению лиц и адресов. И огромный архив с карточным алфавитом.

На следующем этаже на него посмотрели сугубо. Давин задерживаться не стал и отправился дальше. Всё-таки отдел наружного наблюдения. Тут ребята серьёзные, прошедшие военную службу.