Орел нападает. Орел и Волки

– А как же завтрак?

У Катона возникло искушение отчитать новобранца точно так же, как только что отчитали его самого, но это было бы слишком несправедливым по отношению к совсем зеленому пареньку, который к тому же пусть и с трудом, но ухитрился выполнить поручение.

– Прости, Фигул. Никакого завтрака не будет. Погаси огонь и собирай свои вещи.

– Погасить огонь?

На лице Фигула появилось обиженное выражение. Он надул щеки, совсем как ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.

– Погасить огонь?

Катон вздохнул и носком сапога нагреб холмик снега на кучку тлеющих прутьев.

Крохотный язычок пламени ответил на то плевком пара и с недовольным шипением умер.

– Ну вот. А теперь шевелись, солдат.

Когда Катон вернулся к развалинам, где ночевала Шестая, Макрон уже сидел на своем ложе. Он кивнул, выслушав сообщение, потом с утробным ворчанием расправил плечи и гаркнул:

– Эй вы, бездельники. Живо на ноги, недоноски! Мы выступаем!

Тихий гул жалобных стонов рябью прошел по руинам.

– А что насчет завтрака? – спросил робко кто-то.

– Завтрака? Какой еще, на хрен, завтрак? – раздраженно буркнул Макрон. – Сказано же – выступаем!

Легионеры принялись подниматься, неохотно облачаясь в доспехи, Макрон топтался вокруг, подбадривая самых неторопливых пинками. Катон пробрался к своим вещам, уложил их в мешок, натянул кольчугу и уже опоясывался мечом, когда подбежал запыхавшийся вестовой.

– Где Макрон? – спросил он.

– Центурион Макрон там, где ему и положено быть.

Катон рукой указал направление. Вестовой молча развернулся на каблуках.

– Стой! – крикнул Катон.

Он терпеть не мог, когда рядовые других центурий позволяли себе игнорировать его звание, очевидно считая, что он слишком молод для каких-то там церемоний.

Легионер остановился, потом нехотя повернулся лицом к оптиону и вытянулся.

– Так-то лучше, – кивнул Катон. – В другой раз обращайся ко мне как положено. Понял?

– Так точно, оптион.

– Хорошо. Свободен.

Вестовой скрылся среди развалин, а Катон продолжил сборы.

Некоторое время спустя гонец снова пронесся мимо него, направляясь обратно к воротам, следом за ним шел Макрон.

– Что стряслось, командир?

– Этот хренов осел Диомед. Представь себе, он сбежал.

Катон неуверенно улыбнулся, пытаясь понять, в чем соль шутки. Ну куда мог сбежать Диомед? И главное дело, зачем? Ведь лишь под защитой когорты сейчас можно чувствовать себя в безопасности в этом суровом краю.