Римский орел. Орел-завоеватель

Что привело тебя в этот кошмарный край? Как вообще это могло случиться? Трудно ведь ни с того ни с сего столь резко переменить свою жизнь!

Катон, ощущая некоторую неловкость, покосился на хмуро помалкивавшего Макрона и осторожно сказал:

– Так уж сложились мои обстоятельства, госпожа. Но, полагаю, армия мне лишь на пользу.

Флавия подняла брови:

– Я вижу, ты и впрямь стал другим.

– Лишь в чем-то, моя госпожа. Позволь мне представить тебе моего командира. – Катон указал на Макрона и учтиво привстал.

– Госпожа Флавия.

 – Макрон хмуро кивнул и тыльной стороной ладони отер жир со своих губ. – Люций Корнелий Макрон, командир шестой центурии четвертой когорты, – отрапортовал он автоматически.

– Приятно познакомиться, центурион. Я полагаю, именно ты присматриваешь за моим другом?

– Хм. Не более и не менее, чем за любым другим из моих подчиненных, – обиженно отозвался Макрон. – Да и в любом случае этот паренек доказал, что вполне может позаботиться о себе сам.

– Нечто в этом роде я слышала и от мужа.

Ну что ж, Катон, а теперь ты просто обязан рассказать мне о том, что делается во дворце.

Катон заговорил, но его тут же перебили вопросом, потом вопросы посыпались один за другим. Некоторое время Макрон пытался вникнуть в суть того, что он слышал, потом пожал плечами и с меланхолическим видом вновь принялся за еду. Флавия же не успокоилась, пока не выжала из Катона все дворцовые новости, слухи и сплетни.

– Тот же котел скандалов, наветов, интриг, – заключила она.

 – Но при всем том я жутко скучаю по Риму.

– Так почему же ты не осталась там, госпожа? Жены многих легатов, что служат в провинции, живут в столице. Это в порядке вещей, никто их не осуждает.

– Я знаю, малыш. Но после истории со Скрибонианом Рим стал не самым приятным местом для жизни. Слишком многие его жители занялись изобличением заговорщиков, как подлинных, так и мнимых. Дело дошло до того, что приходилось без конца переделывать списки приглашенных на прием или пир. Только соберешься позвать к себе человека, глядь, он уже арестован, а то и казнен.

Это, мой милый, огромное неудобство.

Катон понимающе хмыкнул:

– К тому времени, когда я покинул дворец, число казненных перевалило за сотню.

– Нарцисс, похоже, без дела там не сидит?

– Нет, госпожа, не сидит. Теперь он стал совсем важной персоной, ведь император поручил ему возглавлять имперский штаб.

– И что… его это изменило?

– Нет, моя госпожа. Он остался таким же, как был.