Алый Крик

– Разве боль не наделяет тебя сверхъестественными способностями, Фериус Перфекс? Разве благородное страдание не наполняет твоё тело такой могучей праведностью, что я просто никак не сумею причинить тебе вред?

Она развернулась, и теперь оказалась у меня за спиной. Моя рука больно впилась в мою же собственную поясницу, а противница обхватила меня локтем за шею и повернула лицом ко всё ещё пылающему огню.

– Или муки так же бесполезны, как и чувство вины? Они не могут освободить тебя от моей хватки? Не более, чем горе способно воскресить мёртвого? Эти люди погибли.

Их больше нет. Вини меня. Или вини себя, если тебе так нравится. Но не сомневайся, что все они умерли в тот момент, когда их безмозглый мэр произнёс вслух Алые Вирши.

– Значит, тебя совсем не волнуют те, кого ты убила? – выдавила я сквозь стиснутые зубы.

– Ни капельки. И я не пролью над ними ни слезинки. Аргоси не скорбит, ибо скорбь – это впустую растраченная любовь. Вокруг Семи Песков разбросаны сотни городов и деревень. Ты хочешь плакать? Собираешься оплакивать всех, кто умрёт, если эта чума распространится? А она распространится, Фериус Перфекс.

Она встряхнула меня. Мои и без того растянутые связки взвыли дурным голосом.

– Я видела трупы в монастыре Сад Безмолвия, – сообщила мне Идущая Тропой Шипов и Роз. – Расстояние между ними наводило на мысль, что потребовалось повторить стихи несколько раз, иначе зараза не перешла бы от человека к человеку. И всё же здесь, в Тинто-Рее, одна-единственная декламация забрала всех, кто её слышал.

Кроме тебя и мальчика. Из этого можно сделать вывод, что человек, принёсший сюда чуму, усовершенствовал стихи.

– А почему тогда ты не заразилась? – спросила я. Как обычно, в самый неподходящий момент меня охватили подозрения. – Бинто не понимает разговорную речь. И он заорал, оглушив меня, когда мэр начал читать стихи. Но ты? Ты ведь наверняка была поблизости, так почему же на тебя это не подействовало?

Она тихо фыркнула у меня над ухом. Видимо, мой вопрос однозначно показывал, насколько я тупая.

– Разумеется, я залила уши свечным воском. Будь у тебя хоть капля арта туко, ты бы сделала то же самое.

– Отпусти меня, – буркнула я.

Всё это время я не оставляла попыток вывернуться из захвата. Безуспешно. Во всём, что касалось арта эрес, Идущая Тропой Шипов и Роз безусловно меня превосходила. И моя неспособность сопротивляться, казалось, раздражала её даже больше, чем моё невежество.

Она потрудилась дать мне это понять.