Творец Заклинаний

– Тебе надо поспать, – сказал он.

Это был не приказ и не заклинание. Я мог бы бодрствовать и дальше, если б постарался, но видите ли… Во мне жила крохотная робкая надежда: если я сейчас усну, то потом, когда проснусь снова – выяснится, что все это было жутким отвратительным кошмаром.

И потому я закрыл глаза, продолжая надеяться.

Глава 5

Противостояние

По пути домой я несколько раз просыпался. Отец шел ровным твердым шагом, словно вес моего тела вовсе не мешал ему. Открывая глаза, я всякий раз видел, как темное небо озаряется светом, стоило нам пройти под одним из магических уличных фонарей.

– Тебе надо бы гасить эти штуковины, если хочешь сохранить все в тайне, – заметила Фериус. Она шла за нами, ведя в поводу черно-серую лошадь в яблоках.

Шелла кинула на нее яростный взгляд.

– Ты сомневаешься, что мой отец справится…

Отец произнес одно единственное слово:

– Дочь. – И Шелла замолкла, вперив взгляд в светлые булыжники мостовой.

Фериус коротко рассмеялась.

– Что смешного? – спросил я.

– В вашем языке так много магических слов. Кто бы мог подумать, что слова «дочь» и «молчать» означают одно и то же?

Я почувствовал, как напряглись руки отца.

– Язык у тебя хорошо подвешен. Я так понимаю, ты – какая-то бродячая артистка? Может, за несколько монет устроишь для нас представление?

Отец считает актеров и певцов лишь слегка полезнее, чем песчаные блохи.

– Благодарю, великий Ке-хеопс. – Фериус то ли не заметила сарказма отца, то ли ей было наплевать.

 – Нет, я скорее картограф.

– Ты составляешь карты? – Я посмотрел на вьюки, висящие на спине ее лошади, ожидая увидеть деревянные тубы вроде тех, что использует моя мать для хранения карт. Ничего похожего. – Где ты их держишь?

Фериус похлопала по карману куртки.

– Вот тут.

Как можно носить карту в кармане? Я хотел спросить об этом Фериус, но тут заметил, что дома по обе стороны улицы стали ветхими и убогими. Исчезли трех- и четырехэтажные особняки из известняка и мрамора вроде тех, что стоят на улице Предков.

На фасадах не было бронзовой и серебряной отделки, типичной для домов джен-теп. Да и вообще никаких украшений – лишь кое-где попадались вывески лавок. Да и магические фонари пропали. Только свет масляных ламп пробивался сквозь щелистые ставни кособоких окон.

– Почему мы идем через трущобы ше-теп? – спросил я отца. – По улице Предков быстрее.

– Зато тут… спокойнее.

Спокойнее.