Американский альбом

А человеческий фактор попрятался, будто стерли с бумаги резинкой. Пусто.

Конфликт движет сюжет, но искать конфликт на отдыхе неразумно. Потому и сам отдых проходит так быстро. Среди волнующегося, как небрежно наброшенная простыня, простора можно отметить беседующих мужчин, группками, по двое-трое. На милой родине такие картины можно наблюдать за окнами гастронома в конце трудового дня. По крайней мере, такое приходит в голову. А что здесь? Новичку вникнуть непросто. Марик объясняет так.

– Америка – симметричная страна.

Без сюрпризов. Если слева от дороги церковь, значит, справа будет поле для гольфа.

Или бензоколонка. Может быть наоборот. Исключения маловероятны. Американцы живут по правилам и стараются избегать исключений. Поэтому, если справа автозаправка, слева – сам понимаешь что.

Это – поле для гольфа. Едва проехали, объявилась церковь, с той же стороны. Если мячик после удара неопытного игрока попадет на местное кладбище – оно рядом с церковью – не беда. Просто там лунки другого формата.

Поэтому главное не спешить, хорошо прицелиться, и рано или поздно обязательно попадешь, куда нужно. Люди, прижившиеся в Америке, теряют охоту к перемене мест. Внутри страны – сколько угодно, а наружу нет смысла. И главное, не тянет. Время идет быстро. Отсюда и отношение к жизни, и ее оправдание задним числом, ближе к закрытию занавеса. Расклад такой, что становится немного не по себе. Новые иммигранты еще мечутся, булькают, стараются наверстать упущенное. А большинство уже давно здесь. Так зачем еще куда-то?. .

Церквей много, скромных, не кичливых, заметных по белой иголке шпиля над подобием портика. Собственно, других гражданских зданий не видно, а на церкви есть спрос. Все это равномерно распределено по сельской местности, придавая неожиданное толкование известной формуле: Ты – мне, Я – Тебе. Адресат, если вы правильно понимаете, с большой буквы. Господь берет молитвой и богоугодными делами.

Мелькнул неожиданный дом с колоннами. Колониальный, вроде бы, стиль. Далее, в тень деревьев можно вписать по вкусу: детей в панамках, джентльменов в белых полотняных костюмах, обсуждающих цены на табак и хлопок, леди под выписанными из Парижа зонтиками.

Блестящие черные спины на плантации. Поют хором. Весело им, наверно… А в целом, сельская идиллия…

Это прежде, а сейчас особняк стоял сам по себе, на обочине, печальный, как отбившийся от своих слон. Надпись Sale ему шла. Выхожу один я на дорогу… Вот, и он вышел. И она вышла. Гендерное равенство.