Скверное дело

 – Огорчился Валабуев. – В Управлении коллега вернулся их Америки. Со стажировки. Теперь это одобряется. В биологии считается очень важно. Для соблюдения природного равновесия. Хотите, расскажу случай?

– Не нужно.

– Правильно. Это я просто так сказал. Еще кого-то можете назвать?

– По какому поводу?

– Ну, вообще. Если, например, с иностранцев начать.

– Я вам могу список предоставить.

– Если потребуется. А пока своими словами.

– Еще из редколлегии. С нами сотрудничает. Памфилас Георгис. Грек.

Профессор из Афин. Но он еще до убийства отбыл.

– Это вряд ли. Раз отбыл. Но хоть бы одним глазком глянуть. Жаль, фото нет.

– Почему нет? – Удивился Плахов. – Есть. Прямо с конференции. Вот, я с собой захватил.

– Молодец. Внимательный какой. – Восхитился Валабуев.

– Они здесь с Кульбитиным. Потому я взял.

– Колоритная личность. – Одобрил Валабуев, рассматривая грека. Вот, наша жизнь. Сегодня вместе, планы строим, а завтра, увы, совсем в других местах. Только гадать приходится.

А вот обстоятельства перемещения… это совсем другое дело…

– Вы, прямо, философ. – Не удержался Плахов.

– А как иначе. – Валабуев обрадовался за философа. – Нам тоже размышлять приходится. А тут еще грек. Ишь, какой. Прямо Александр Македонский. Подбородок задрал, в сторону смотрит. Воин. Грудь четвертого человека ищет, мужчины, конечно. У дамы бы ближе нашел, не стал далеко тянуться. Гордец. Фото вы мне, пожалуй, оставьте. Сохраню, как драгоценность, копию сделаю и верну.

Хоть Павла Николаевича нет, а все равно верну. – Валабуев смотался к дверям и вернулся довольный – Вот и сборничек наш подоспел. Этих, что мы вспомнили, вы мне отметьте. Птичками, птичками. Пойдем дальше. Вот эта парочка. – Валабуев ткнул пальцем в грузного седого мужчину и прислонившуюся к нему молодую женщину. Бывает такое, внешность неяркая, не бросается в глаза, а лицо в памяти остается, долго там держится, как будто светит изнутри. И Балабуев это отметил.

– Русская красота.

Неяркая, зато наша. Засмотришься, а потом, глядь, кошелька нет. Не иначе, как дома забыл.

– Иван Михайлович Берестов, а это его дочь Маша. – Сухо пояснял Плахов. – Знакомые Павла Николаевича.

– И ваши, нужно полагать?

– Знаком. Интересуются историей. Он – инженер или бухгалтер, вроде бы, а где, не выяснял.

– Выясним, если понадобится. А девица?

– Не такая и девица. Выглядит молодо. На лекции ходила по истории, когда они еще были. Оттуда и знаю.