Эффект Фостера

– Я желаю тебе только лучшего, но многие необдуманные решения, несут серьезные последствия, – назидательно проговорил он. Его дыхание с запахом мятной никотиновой жвачки коснулось моей щеки.

В этом году отец, во что бы то ни стало, решил бросить курить, однако все его попытки были неудачными. Я постоянно находила в его кабинете либо пепельницу полную окурков, либо кончики-срезы верхушек сигар. Теперь наравне со свежим запахом лосьона после бритья к нему приклеился аромат никотиновой жвачки и мяты.

– Но не нужно постоянно нависать надо мной с нравоучениями, я уже взрослая и сама могу отличить черное от белого.

– Но недостаточно быть просто «взрослой», чтобы понять, что черное иногда способно выдавать себя за белое.

Я отстранилась от него и медленно стала подниматься по лестнице.

– Да-да, а белое за черное, я все это слышала миллионы раз, – бросила я, даже не оборачиваясь.

– Правила есть правила, Барбара!

– И я не нарушила ни одно, и с твоего позволения мне нужно готовиться к тесту по математике.

Я была лучшей в классе. В начале года по наставлению отца набрала скучных предметов в свой курс, которые по его заверению, помогут мне в будущем. И не смотря на то, что ни один из них не нравился мне, я успевала по каждому. Я старалась быть лучшей во всем, ведь дочка Оливера Эванса должна быть самим совершенством.

Многие думают, что это самый настоящий подарок судьбы – быть частью семьи вроде моей. Дети богатых родителей не знают, что такое нужда, чаще всего им покупают все, чего они хотят, мой дом всегда был усыпан игрушками: куклы, плюшевые медведи и зайчики ручной работы валялись под ногами, и пройти невозможно было.

Когда я стала старше, повзрослели и игрушки. Мою первую машину мне подарили в четырнадцать – Tesla S небесно-голубого перламутрового цвета. Стоит говорить, что у меня даже прав не было?

Отец покупал мне все, что я хотела, сумки, телефоны, одежда, появлялись у меня раньше начала официальных продаж.

Не о таком ли мечтает каждая девушка?

Однако за все в этой жизни нужно платить. В девятом классе я впервые сказала отцу, что хочу стать дизайнером одежды, он отнесся к этому с юмором. Через какое-то время я снова сообщила ему о своем желании, он напрягся, но все еще считал, будто я шучу. И когда я заявила ему об этом в третий раз, сразу после того, как сказала, что не собираюсь ходить на идиотские подготовительные бизнес-курсы, он пришел в ярость.