Агент алеф-класса

Ведь тренажёрный зал для агентов находится именно там! В кровь разбила костяшки пальцев, переломала всё, что можно было сломать. Даже то, что считалось сделанным из антивандальных материалов. Робот-уборщик, прибыв на место «бойни», от страха пискнул что-то невнятное и спрятался в подсобном помещении. Особенно не поздоровилось зеркалам. Потому что когда смотрела на собственное отражение, на перекошенное от ярости лицо незнакомки, чувствовала, что медленно задыхаюсь. Не в переносном смысле, а на самом что ни на есть физиологическом уровне.

И в тот момент, когда думала, что хуже уже ничего быть не может, позвонила мама.

– Принять вызов, отключить визуализацию образа с моей стороны, – произнесла севшим голосом.

– Ксандрюша, девочка моя, давненько мы не общались. Как у тебя дела? Как работа? Ой, что-то со связью! Почему тебя не видно? – выпалила на одном дыхании невероятно красивая эльтонийка.

Усмехнулась, рассматривая маму, которая выглядела как моя ровесница. Золотистый цвет лица, ровная гладкая кожа, лоб даже без намёка на морщины, красивый миндалевидный разрез глаз.

Судя по всему, снова летала на Миттарию к личному косметологу.

– Мам, мы разговаривали последний раз два с половиной года назад. Ты отказалась назвать имя и расу моего отца, если помнишь, – произнесла устало.

– Кто старое помянет, у того хвост облысеет. Послушай, неужели я должна помнить имена всех моих поклонников? – звонко рассмеялась родительница, решив, что остроумно пошутила, а затем резко понизила голос до раздражённого шёпота.

 – И перестань уже «мамкать», вдруг кто услышит? Для тебя я Элеонора, или просто Элен. Мой продюсер уверен, что мне всего семьдесят!

– Опять к Джордано летала? Ты в курсе, что нельзя делать более одного омоложения за десять лет?

– Фу, глупости какие … – Элен легкомысленно махнула рукой. – Джордано лучший из лучших косметологов Галактики. Тем более ты сама знаешь: в моём бизнесе, да и на самом Эльтоне вообще, внешность – это всё.

Да уж, для мамочки внешние данные всегда были самым главным критерием.

Во времена моего детства она хвасталась перед подругами мною, словно породистым щенком. А я боялась: вдруг однажды выяснится, что мои гены не настолько идеальны, как бы того хотелось Элеоноре? А что если завалялась какая-нибудь рецессивная аллель?..

Горько вздохнула, вспоминая всё это.

– Смотрю, ты ни капли не изменилась, по-прежнему верна лишь одному мужчине в галактике – своему мастеру по красоте.