Агент алеф-класса

– Слушай сюда, повторять дважды не буду. Сейчас же впишешь моё имя и объявишь бой. Против самого сильного бойца, какой в этом стойле имеется. Ты меня понял? Кивни, если да.

– Понял, понял. – Закивал ведущий, хотя было видно, что после удара о стену у него в глазах двоится. – Так бы сразу и сказали, что хотите выступить…

– А я так сразу и сказала!

– Да, конечно… – поспешил со всем согласиться рябой. – Как вас объявить? Назовёте имя? – Он ещё раз оглядел мой глухой наряд и поправился. – Можно просто псевдоним.

Задумалась лишь на долю секунды, но, увидев, как вытянулось от удивления лицо Альфы, который приставал ко мне несколько минут назад, не без ехидства сообщила:

– Красотка.

– Хорошо. Красотка. Так и запишем… – ведущий что-то пометил у себя в планшете. – А планета какая?

Я усмехнулась.

– Красотка с Захрана. Человек. И мне надо десять минут, чтобы привести себя в порядок.

– Разумеется.

Оставила распорядителя в покое и под немигающими взглядами целой толпы ларков, что исподтишка следили за моим разговором с рябым, отправилась в туалет.

Благо, тот располагался в нескольких шагах от стойки ведущего. Наскоро сделала свои дела и склонилась над раковиной, чтобы поплескать холодной воды в лицо.

Пальцы до сих пор нервно подрагивали. Ситуация вырисовывалась довольно скверная. На плазменном экране за спиной бармена крупным планом по местному головидению показали труп Шармэля Грецци. Мёртвый пикси лежал именно в той позе, в какой я его оставила в вип-зале элитного казино.

Обстановка и цвет обивки кресла, попавшего в кадр, безошибочно указывали на то, что это был тот самый злосчастный третий кабинет. Привлекательная девушка на экране сообщила, что персонал казино сегодня утром при обходе помещений нашёл хозяина заведения мёртвым. Патологоанатомы уже приступили к работе и выясняют точное время и причину смерти, однако уже доподлинно известно, что последней, с кем видели владельца сети казино на Тур-Рине, была чистокровная эльтонийка. Далее на весь экран показали достаточно крупное изображение меня. Точнее, Лоллиатэ? Киано.

Сомнений не оставалось, что показания дал тот самый амбал-охранник, что не хотел пропускать меня в вип-зону, потому что больше было некому рассмотреть моё лицо так тщательно. Дмирт не в счёт, так как, во-первых, он уверен, что я всё время провела, стоя у него за спиной, а во-вторых, даже если куда-то и отходила, то он точно не мог знать, куда именно и насколько.

Мысленно взвыла.