Гарем и легкость

 – Что бы ему сделалось? Насколько я знаю, в их академии у них целое упражнение есть: в голову камнями бросают – а упражняющийся должен головою эти камни разбивать. Странно, что его сейчас с одной пепельницы убрало.

– Гномьей рукой камень сейчас был брошен потому что, – коротко пояснил Бронкс, не вдаваясь в детали. – Слушай, а ведь ты и не переживаешь совсем? – обнаружил он с удивлением, засмотревшись на Алию со спины. – Неужто совсем не боишься? И что дальше делать-то будем?

– Ты оденешься и уйдёшь сейчас, – с явной грустью в голосе вздохнула орчанка.

 – И пообещаешь, что забудешь и обо мне, и дорогу сюда. А я приведу мужа в чувство и буду отношения выяснять.

– Оу, ну как я тебя с ним оставлю? – неожиданно для самого себя, как на последнем рубеже в горах, упёрся Бронкс. – Ты красивая женщина… – он ещё хотел по привычке сказать, что хрупкая.

Но своим подругам гном никогда не врал. Хрупкой Алию нельзя было назвать ни в каком приближении. У Бронкса даже мелькнула на задворках сознания мысль, что пропорциональная и мускулистая подруга может разогнуть старую лошадиную подкову голыми руками ничуть не хуже, чем он сам.

Несмотря на, без сомнения, привлекательную внешность: с мышечным тонусом у орчанки явно всё было в порядке.

– Эй эй эй, такого договора не было! – неожиданно возмутилась его словам подруга. – Со своим мужем я уж как-нибудь без тебя разберусь! Или ты решил, как у этих хуманов, на дальнем северо-западе?.. Так у нас этого не любят! Более того: здесь такого не встретишь! – орчанка, как и многие до неё, искренне посчитала Бронкса не местным, по причине принадлежности того к другому народу.

– А что там у хуманов на севере? – не на шутку заинтересовался Бронкс, потому что тема была явно интересной.

А сама Алия, когда сердилась, соблазнительной.

– А у них там бывают семьи из одной женщины и пары-тройки мужчин, – задумчиво поведала орчанка. – Ну, или пара мужчин и пара женщин. В общем, на это не надейся!

– Да спаси Создатель! – гном молниеносно и автоматически осенил себя ритуальным жестом.

 – Я вообще не из таких! Как ты могла?!. Слушай, а вот допустим, есть двое мужчин-мужей и одна жена у них на двоих, – тут же переменил он интонацию, поскольку тема вырисовывалась и вправду интересная. – Вот, допустим, один мужчина жену охаживает. Вот так, – осторожным и быстрым движением он развернул подругу на спину и раздвинул ей ноги, тут же располагаясь сверху.