Гарем и легкость

На некоторых из них даже красовались уже крошечные мандаринчики.

Но столы в этой части зала были маленькие и круглые, на одной ножке посередине, едва ли ярд в диаметре. На таких, с позволения сказать, подставках ни локти нормально не расставить, ни с переменой блюд толком не развернуться.

Ещё можно было сесть за полноценный дубовый стол, но это было уже у противоположной стены. А там интерьер был не так изыскан, чтоб сказать мягко.

Бронкс машинально вознёс мысленную хвалу самому себе: единственным местом, соединявшим достоинства ближней и дальней стен, было именно то, которое предусмотрительно занял он сам час тому.

По случайному совпадению, сам Бронкс именно здесь и коротал время за четвёртым большим бокалом тёмного портера.

Когда большие, наверняка упругие и такие манящие полушария высокой незнакомки призывно заколыхались в разрезе её куртки в такт её шагам, он незаметно осенил себя ритуальным жестом, благодаря Создателя за неизбывной заботы промысел его.

В стародавние времена, разумеется, о его связи с такой… такой… Нужное слово не находилось: переполнявший душу восторг спёр дыхание в зобу той самой хрестоматийной радостью.

И напрочь отшиб способности к трезвому словосложению (возможно, конечно, и тёмный портер отчасти помог – четвёртый бокал, как-никак).

В общем, даже о простом разговоре с такой феминой раньше и речь не могла бы идти. Что ни говори, но низковатый да плотно сбитый гном и орчанка, которая выше него на голову, парой никак не являются. Уже не говоря о том, что на правой её руке, на втором с краю пальце, полыхало колдовским цветом дорогое кольцо, явственно указывающее на наличие законного мужа где-то по другому адресу.

Однако современный век на то и современный, что давным-давно устаревшие предрассудки уже много поколений как не действуют. Начать с того, что какой-то там генетический код у всех гуманоидных рас одинаков. Не первое столетие, как от смешанных браков вон, вполне здоровые дети родятся. Другое дело, что традиции и общий стиль жизни нигде в населённых местах этим смешанным бракам никак не потворствуют.

Была и ещё одна деталь, о которой Бронкс в жизни не сказал бы вслух никому, хоть его режь: в её глазах он явственно прочёл тщательно скрываемую тоску по крепкому и упругому мужскому плечу… и не только по плечу… умному было достаточно.

Что за мужья из орков, Бронкс вполне себе неплохо представлял, проживая среди этого народа большую часть из своих трёх с половиной десятков лет.