Милицейская сага

Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не внезапная, глупейшая, надо сказать, смерть самого Котовцева – в случайной ночной драке, в которую встрял он, будучи на крепком подпитии. На розыски убийцы поднялся весь городской оперативный аппарат – Котовцев был популярен. Но преступника так и не обнаружили. Да к тому же важнейших, «убойных» доказательств, подтверждавших хищения на оптовой базе, при вскрытии сейфа покойного не оказалось. Как не было. А потому вскорости обезглавленная «летучая» бригада была разгромлена прямой наводкой тяжёлой артиллерии – по инициативе обкома партии горотдел БХСС за грубые нарушения социалистической законности и за нецелесообразностью был расформирован.

Одиннадцать “возрастников” оформлены на пенсию. Ещё сорок профессионалов раскидали по другим службам.

– Эк тебя заносит! И что за норов ослиный? – прокурор пристально вгляделся в насупившегося следователя. – Алексей Владимирович, земля ему пухом, пять лет как в могиле! По тому делу все было по десятку раз копано-перекопано.

И отдела давно нет, и людей, почитай, не осталось. А ты все взбрыкиваешь. Иль занять себя нечем? В районе два свежих нераскрытых убийства, серийные кражи опять захлестнули. Каждый штык на счету. А ты счеты сводить затеял. Словом, так, Тальвинский, серьезных аргументов в пользу ареста я не услышал. Потому – до суда будет твоя Лавейкина гулять на свободе. А там уж… Законность у нас одна для всех. Суд её и отмерит.

Берестаев примирительно хохотнул, давая понять, что аудиенция окончена.

– Законность одна, связи разные, – буркнул несговорчивый посетитель. – Потому на всех и не хватает.

– Интэррэсно у тебя получается: все вроде как конъюнктурщики, один ты за державу радеешь.

– Дайте санкцию, нас двое будет.

Берестаев поджал губы, рывком придвинул разбросанные по столу листы и в верхнем углу первого экземпляра наискось, взрезая пером бумагу, начертал: « В санкции на арест отказываю за нецелесообразностью. Избрать в качестве меры пресечения подписку о невыезде».

И далее – озлобленная тугая пружина прокурорской подписи.

Швырнул через стол:

– Выполнять!

– Стало быть, на девятьсот рублей направляем в суд, а двадцать тысяч свалившихся с неба излишков «хороним»?

– Выделяем в ОБХСС для дополнительной проверки. Подсунули халтуру, пусть сами и расхлёбывают. Котовцы хреновы! Ещё вопросы?

– Вопросов больше не имею. Решение, достойное всяческого восхищения, – Тальвинский поднялся.